Премьер-министр — о счастливых и тяжелых периодах жизни, самой большой мечте, отношениях с Сависааром и врагах

 (29)
Jüri Ratas
Jüri RatasFoto: Tiit Blaat

2 июля премьер-министр Юри Ратас отметил свое 40-летие. Его карьера поистине головокружительна. И ему, по сути, еще в юном возрасте удалось сделать то, о чем мечтали более зрелые политики. А ведь незадолго до успеха он на полном серьезе думал вообще уйти из политики. О семье, жене, интересах и увлечениях, о мечтах и том, как в юности мыл машины, Юри Ратас и рассказал в эксклюзивном интервью ”МК-Эстонии”.

Изначально мысль была именно такой: поговорить с премьер-министром, вообще не касаясь политики. И почти удалось. В какой-то момент тема работы всплыла, но главным все же было показать обычно ”застегнутого на все пуговицы” Юри Ратаса обычным человеком.

– Говорят, в 40 лет жизнь только начинается. Вы согласны с этим?

– Никто из нас не знает, как долго ему посчастливится прожить. Но мне кажется, что в 40 лет человек думает уже больше о том, как своих детей вырастить, как им дать хорошее образование. В 40 лет многие задумываются также о пополнении семьи или ее создании. В 40 лет человек уже получил огромный опыт, но ему еще жить и жить — ведь до пенсии аж 24 года. Я думаю, что 40 лет — это довольно хороший участок жизни где-то посередине всего пути, когда у человека уже есть опыт, но он еще смотрит в будущее.

Я лично чувствую себя хорошо и очень благодарен за то, что мне выпала такая честь — служить эстонскому государству на посту премьер-министра. Это дарит мне множество эмоций, и это очень хорошо, что здесь я могу делать что-то для того, чтобы жизнь жителей Эстонии стала лучше. И жизнь в Эстонии лучше.

Конечно, я очень благодарен своей супруге и детям. А также моим родителям, кто меня таким вырастил. Некоторым своим учителям в школе и моему тренеру, чей пример, чьи наставления меня в большой степени сформировали. И моей бабушке со стороны мамы.

– А сколько времени вам удается проводить со своими детьми и своей семьей?

– Это и есть наиболее сложная задача на данной должности — найти время. Приходится признать, что иногда его не удается найти столько, сколько бы я хотел. Но я пытаюсь на выходных что-то с детьми делать — ходить в лес, ездить на велосипедах или гулять с собакой. А на неделе, когда я прихожу домой, на часах уже около 11 вечера, дети уже спят. Но иногда, когда удается попасть домой в полдесятого или в районе десяти, еще пытаюсь их чему-то научить и помочь сделать уроки. Например, помогаю дочери с математикой. Или занимаюсь с сыновьями.

Приятные воспоминания

– У вас у самого было счастливое детство?

– Да, очень! Благодаря моим родителям. В нашей семье были и до сих существуют сильные родственные связи. Поддержка со стороны родственников у нас очень сильна! Когда мама и папа были на работе, я оставался с бабушкой со стороны мамы, и мы с ней проводили очень много времени. Именно ее наставления во многом определили ход моей дальнейшей жизни.
Важная часть моего детства — мои школы, некоторые учителя. Мне повезло окончить Рахумяэскую основную школу, и одним из людей, которые помогли мне определиться в жизни, был тогдашний учитель физкультуры Василий Кюлаотс. К сожалению, он уже умер. В гимназии Нымме — наш классный руководитель и учитель математики Раймонд Пунди, он, к сожалению, тоже уже умер.

Конечно, у меня было счастливое детство! Благодаря тетям со стороны мамы и папы я мог проводить время в Саку или Таммемяэ. И ребенком я часто бывал на природе. Благодаря своей маме лет с трех я часто бывал на островах и запомнил эти позитивные эмоции.

– Вы выросли в Нымме, скучаете сейчас по этому району?

– Мы живем с семьей в Пирита, а мои родители — в Нымме. И ныммеские парки, лес, улицы всегда остаются близкими и родными. Гуляя по Нымме или просто находясь там, я всегда себя чувствую очень хорошо. Мне очень приятно, что последние восемь лет я провожу в Нымме турнир по шахматам памяти Пауля Кереса. Это удивительный турнир и удивительный район, и я там прожил более двадцати лет. Там мой садик, моя школа, моя гимназия…

– А дома в Пирита вы успеваете делать домашние дела, косить газон и так далее?

– Конечно. Всегда есть работы в саду: подстригать изгородь, собирать листья, косить траву, сажать что-то, подстригать яблони. В Нымме, например, мы жили в небольшом доме на восемь квартир, но во дворе был сад, где мы играли в народный мяч или баскетбол. Там была и песочница. Но и в детстве было много работы, связанной с уходом за участком. Так что такие занятия в саду мне очень нравятся, и я занимаюсь этим с удовольствием.

– Когда вы ходите в магазин, вас узнают? Подходят? Что-то говорят?

– Я хожу в магазин в Пирита. Иногда, конечно, подходят, но все же эстонский народ очень разумный, они не считают, сколько молока, хлеба и яиц ты положил в тележку. Бывает, что подходят и рассказывают о своих печалях, но это все же скорее консультативно и позитивно.

– Вы воспитывали своих детей так же, как воспитывали вас?

– Да, конечно, я действовал по примеру своих родителей, руководствуясь во многом их принципами. Все, что ты делаешь, ты делаешь для себя. И всегда, прежде чем что-то сделать, подумай, хотел бы ты, чтобы так же поступили с тобой. Нужно уважать старших. Так что, думаю, мой стиль воспитания очень похож на то, как меня учили родители. И сейчас, к тому же, моя мама очень помогает нам в воспитании детей, и это очень хорошо.
Но все же, думаю, мои родители были лучшими родителями для своих детей, чем я могу быть.

– Почему?

– Себя сложно оценивать, и, думаю, пусть то, какими мы были родителями, решают наши с Карин дети, когда они вырастут. Но все же лишь со временем становится ясно, не были ли наши требования чрезмерными, не слишком ли мы их заставляем. С другой стороны, учиться и читать книги тоже нужно, даже летом.

– Вы бы хотели, чтобы ваши сыновья занимались баскетболом? Или они уже играют?

– Нет. Мои оба сына сейчас занимаются плаванием, плюс один ходит на шахматы, а другой играет на барабанах. Я считаю, каждый должен выбирать свой спортивный путь сам. Но я рад, что они занимаются спортом и летом поедут в два-три спортивных лагеря. Это здорово, что такая возможность есть.

Мечты и сложные периоды

– Некоторые журналисты в шутку сказали, что ваша жена похожа на актрису Рене Зельвеггер.

– Этого я не слышал. Но это самый любимый мой человек. И я очень ценю, что на моей супруге сейчас держится вся наша семья. Особенно с учетом того, что она тоже работает, она — зубной техник, но ее преданность семье — неимоверна. Я ей очень благодарен!

– Ноябрь 2016 года, когда вы стали лидером Центристской партии и премьер-министром, стал, похоже, для вас очень счастливым месяцем. А какой еще месяц или период в вашей жизни можете назвать счастливым?

– Сентябрь 2005-го — я женился. Январь 2006 года — родился первый ребенок, декабрь 2007-го — родился мой первый сын, март 2010-го — второй сын. Это на самом деле самые счастливые месяцы моей жизни. Еще лично для меня был счастливым 1996 год, когда я окончил гимназию. 2000 год — я окончил ТТУ. Если говорить о работе, то я бы к ноябрю 2016-го добавил бы еще период с июля по декабрь 2017 года, когда Эстония председательствовала в ЕС. И еще 24 февраля этого года, когда ЭР отметила 100-летие.

– А какой период в вашей жизни был не очень счастливым?

– Лето 2016 года. Июнь и июль — самые тяжелые месяцы. Заболел мой отец.

– Как сейчас его здоровье?

– Состояние тяжелое.

– Если бы у вас была волшебная палочка, какие бы три желания вы исполнили?

– Если бы это было возможно, то, во‑ первых, я пожелал бы, чтобы у людей было крепкое здоровье. Пожелал бы, чтобы конфликты в мире нашли решение. И хотел бы, чтобы население Эстонии, которое составляет 1,3 миллиона человек, жило бы лучше, богаче, дольше и здоровее, чем до этого.

– Вы в 2006 году сказали в интервью: ”У меня в столовой восемь стульев, три из них уже заполнены”. Сейчас у вас заняты уже пять мест. Планируете ли заполнять еще?

– Ну, время покажет. Да, я помню эту фразу, что на всех восьми стульях за столом в нашей семье должны сидеть люди. Сейчас, если добавить моих родителей, будет уже семь человек. Но да, я думал, что в семье должно быть шестеро детей (смеется). Не знаю, как насчет шести, но половина от этого у меня уже есть!

– У вас также есть еще две единокровные сестры. Вы с ними общаетесь?

– Да, очень часто. У нас тесные отношения, и, несомненно, тут большая заслуга нашего отца. Мы не росли вместе, но он помог нам наладить связь.

– Какая ваша самая большая мечта?

– Личная или по работе?

– И там, и там.

– Личная — чтобы в семье было все хорошо, чтобы дети хорошо учились в школе, получали новые знания, чтобы у них все было замечательно. Получили бы хорошее образование, пошли бы работать. В плане государства… Я хотел бы, когда наступит 31 декабря, все равно какого года, чтобы мы могли сказать, что в этом году в Эстонии был позитивный прирост населения. Что родилось больше, чем умерло.

– Говорят, за каждым успешным мужчиной стоит женщина. Вы согласны с этим?

– На 100 и один процент. Я убежден, что если премьер-министр — мужчина, то нельзя быть успешным, если дом — не крепость. И наоборот. Если премьер-министр — женщина, то и у нее должен быть крепкий тыл дома. Я считаю, что семейные отношения и поддержка очень важны.

О женщинах и власти

– Ваш предшественник, Таави Рыйвас, покинул пост вице-спикера Рийгикогу в связи со скандалом, когда женщина обвинила его в домогательствах. А у вас бывало, чтобы женщина в неформальной обстановке как бы на что-то намекала? И как вы себя в этой ситуации вели?

– Я не знаю, у меня такого опыта не было. Но убежден, что ни физическое насилие, ни моральное давление ни в коем случае не допустимы. Нужно из подобных ситуаций самому просто выходить. К сожалению, многие эти случаи так или иначе связаны с употреблением алкоголя, и заканчивается все зачастую насилием.

И если говорить о насилии против женщин, то мы должны признать, что это актуальная тема. К сожалению, в нашем обществе такая проблема существует. С этим нужно бороться каждый день, каждый миг. Никто из женщин не должен испытывать по отношению к себе насилия со стороны мужчин, никакого принуждения, никакого общественного давления.

– До ноября 2016 года вы представляли себе работу премьер-министра по-другому, чем она есть на самом деле?

– Я был мэром Таллинна, и, надо сказать, это очень интенсивная работа. На посту премьер-министра сфера намного шире — тут нужно заниматься не одним самоуправлением, а всей Эстонией и ее заботами и проблемами. Плюс общение по линии внешних сношений, общение с ЕС, общение с НАТО. Так что тут дополнительно есть еще несколько измерений. Я не могу сказать, что я мог предугадать на 100%, что представляет эта работа. Не знал и не мог. Но меня этот пост удивил с позитивной точки зрения — тем, насколько все эти люди, которые работают в государственном секторе, в Госканцелярии, в Доме Стенбока, в министерствах, в высшей степени профессионалы.

И меня глубоко трогает, когда люди пишут мне о своих заботах и печалях, а иногда и о радостях. Эта работа дарит много эмоций, она очень интересная, но полна и трудностей и дает много пищи для размышлений. И я благодарен за эту возможность!

– Вы стали мэром Таллинна в 27 лет. Это было сложно для вас, курировать столько вопросов?

– Я помню, что когда Эдгар Сависаар сделал мне предложение стать вице-мэром столицы, мне вообще было 24 года. До этого вице-мэром был Владимир Панов, и я смотрел на все, чем он занимается — тогда еще был Пожарно-спасательный департамент, Департамент по коммунальным вопросам, а это вода, канализация, электричество, дороги, парки, потом еще Таллиннские кладбища, Кадриорг и многое другое. Я смотрел на это и думал: справлюсь ли я со всем этим? Но в Пожарно-спасательном департаменте и в Департаменте по коммунальным вопросам были настоящие специалисты своего дела, они очень поддержали меня.

А когда я в 27 лет стал мэром, большую поддержку мне оказал мой отец. И до сих пор он — именно тот человек, у которого я очень часто спрашивал и спрашиваю совета. И, конечно, команда, которая тогда работала со мной. Это был большой вызов, и все произошло довольно неожиданно… Я даже не думал, что стану мэром, но когда сформировалась такая политическая ситуация, то я принял эту возможность, эту ответственность и честь.

– Когда вы в последний раз видели Эдгара Сависаара?

- (Пауза.) Хороший вопрос. Я думаю, несколько месяцев назад. Говорили по телефону, когда у него был день рождения, я поздравил его. Но с глазу на глаз я встречался с ним несколько месяцев назад. Он в последнее время очень часто находился в больнице, и я на всякий случай желаю ему крепкого здоровья. Я считаю, что здоровье — одна из важнейших вещей в жизни.

– Многим запомнилась ваша мимика во время речи Кадри Симсон. Что это было?

- (Улыбается.) Это был инфочас, и некоторые члены Рийгикогу не особенно хотели слушать то, что говорила Кадри. И я подумал, что поддержу ее. Кажется, это помогло (улыбается). Я думаю, что несколько следующих инфочасов в онлайне смотрели гораздо больше, чем до этого!

Маленькие радости

– Последний фильм, который вы смотрели?

– Мы вдвоем с женой ездили на два дня на Сааремаа, нам выпала чудесная возможность провести время только вдвоем, и там мы первый раз посетили кинотеатр Курессааре. Смотрели ”Товарищ ребенок”. Понравился очень. И было здорово, что мы вместе провели время.

– А последняя книга, которую вы читали?

– На моем рабочем столе всегда лежит Библия. А последняя книга… У меня была возможность побывать на конференции, в которой участвовал и бывший госсекретарь США Генри Киссинджер. Перед встречей я перечитал некоторые места из его книги ”Дипломатия”. Ему уже 95 лет, он родился в 1923 году, и у него огромное количество воспоминаний…

– Любимая музыка?

– Мне очень нравится эстонская музыка, особенно в стиле кантри. Я не очень большой любитель иностранной музыки, мне больше нравится наша. В том числе народная музыка, например, фестиваль Viljandi Folk мне всегда дарит множество эмоций.

– Вы сами пишете посты в Фейсбуке или у вас есть специальный для этого человек?

– Стараюсь сам писать, но есть люди, которые мне помогают. Иногда не хватает времени, чтобы опубликовать свои мысли, так что это совместная работа.

– Кто вас одевает?

– Карин Ратас.

– Как и когда занимаетесь спортом?

– В последнее время мне не удается играть в баскетбол, к сожалению. Команда тренируется тогда, когда я еще работаю, и наши графики не совпадают. Но когда я в командировках, стараюсь находить время, чтобы хотя бы полчаса побегать. Дома тоже бегаю или на велосипеде катаюсь в лесу Пирита.

– Вино или водка?

– Вино.

– Вы когда-либо курили?

– Когда я был маленьким мальчиком, мой отец говорил мне, что его отец, то есть мой дедушка никогда не курил. Никогда даже не пробовал. И мне как маленькому мальчику это казалось очень правильным — если дедушка так не делал, значит, и не стоит так поступать. Я дедушку никогда не видел, но считал, что его мысли следует уважать. И когда я повзрослел, возник, во‑ вторых, еще и спортивный азарт. Так что я никогда этого не делал. И до конца жизни не буду.

– У вас есть любимая марка или модель машины?

- (Задумывается.) У нас в семье, когда мы жили в городе, был Citroen C3, такая хорошая маленькая машина. Удобно парковаться плюс большая вместительность. А больше всего в нашей семье было машин марки Honda. Может быть, мне они нравятся, да.
Из премьеров в лекторы

– Говорят, что летом 2016 года вы на полном серьезе думали уйти из политики. Это правда?

– Скорее весной 2016-го или даже в начале того года. Да, тогда были выборы в Эстонский олимпийский комитет, и я думал уйти из политики.

Девять лет мы были в оппозиции, хотя я считал, что Центристская партия должна быть в коалиции. Но долгое время ничего не менялось, и я действительно в начале 2016-го выставил свою кандидатуру на пост президента ЭОК. Урмас Сыырумаа победил перевесом в один голос. Я желаю ему счастья и успехов. Победа есть победа.

– Сейчас вы с ним общаетесь?

– Да. Не каждый день, но периодически. Мы вполне разумно общаемся.

– У вас есть враги?

– Ну говорят же, что если нет ни одного врага, то ты не очень хороший политик. Конечно, есть! Думаю, реформисты меня особо не хвалят. Так что да, всегда есть те, кто думает по-другому.

– После школы вы занимались тем, что сами мыли машины. У вас была мысль, что это будет каким-то запасным аэродромом на случай, когда вы уйдете из политики?

– Да. Мы втроем с друзьями этим занимались, и у нас была мысль купить на заработанные деньги катер. Учились на втором курсе университета и мечтали о собственном катере. В 2005 году я вышел из собственников. Но да, мы построили этот бизнес с нуля, у нас было довольно много клиентов, мы создали рабочие места, в общем, было здорово!

– Когда вам когда-нибудь потом станет в политике скучно, чем вы займетесь?

– Я последние пять лет читал лекции в ТТУ студентам о местных самоуправлениях и региональной политике, и это мне довольно интересно.

– У вас также есть степень по экономике. Если у кого-то завалялась большая сумма денег, во что вы бы посоветовали их инвестировать?

– Например, в фонд для своих детей — чтобы у них было обеспеченное будущее.