Илона Калдре: экстрасенс сегодня — это как какое-то оскорбление

 (126)
Илона Калдре: экстрасенс сегодня — это как какое-то оскорбление
Foto: Marek Paju, MK-Estonia

Наша соотечественница Илона Калдре, которая приобрела известность далеко за пределами Эстонии благодаря участию в ”Битве экстрасенсов” и других телевизионных проектах, сама себя экстрасенсом называть не любит. И считает, что назвать себя экстрасенсом и быть таковым — не одно и то же.

”Я не очень люблю слово ”экстрасенс”, я буду ясновидящей, больше нравится это слово. Потому что экстрасенс сегодня — это как какое-то оскорбление. Их так много развелось, люди, которые называют себя экстрасенсами, отнюдь не являются ими”, — говорит Илона Калдре в интервью ”МК-Эстонии”.

- И сегодня можно увидеть объявления, где экстрасенс приглашает на курсы и обещает научить ясновидению за определенную плату. Вы думаете, обыкновенному человеку реально научиться ясновидению за несколько часов?

- Чтобы поехать на Олимпиаду, надо пройти ряд мероприятий: школьные соревнования, региональные и так далее. Ты не можешь назвать себя кем-то, не имея на это оснований. У тебя должны быть доказательства, дипломы, которые ты не сам себе написал. Но спрос рождает предложение. Скажем так, я встречалась в своей жизни с людьми, которые называют себя экстрасенсами, они уверены, что делают что-то неимоверное, например, останавливают цунами. В моей практике был человек, который считал, что он увеличивает размер груди взглядом. Назвать себя экстрасенсом и быть таковым — это не одно и то же.

Даже я сегодня, имея признание специалистов, иногда задумываюсь, кто я на самом деле. Потому что постоянно обучаюсь. Я считаю, что обучить экстрасенсорике нельзя, потому что эти знания совершенно сакральны. С этим надо родиться, нужно понимать, что у тебя есть дар. Я сомневаюсь, что я могла бы взять и просто передать свои знания, потому что я не могу выделить что-то, что поможет человеку чувствовать и видеть так, как я. Научить этому невозможно.

- Всегда ли человек принимает то, что вы говорите?

- Я четко понимаю, что я говорю. Иногда те, кто обращаются за помощью, ждут какого-то справедливого приговора. И не всегда этот справедливый приговор может быть в пользу того человека, которого пытаются защищать близкие. Поэтому если вы хотите пригласить экстрасенса — хорошо подумайте, какую правду может экстрасенс увидеть и что может выплыть в итоге.

- Ваш дар не мешает вам в повседневной жизни? 

- Я думаю, ни одному нормальному человеку не мешает его дар. Дар на то и есть дар, чтобы с ним справляться. Бывает, что мои мысли забиваются, я отключаюсь, иду туда, куда не надо, задумываюсь о чем-то, о чем не надо. Но чаще я не иду по жизни человеком-рентгеном. Раньше мне казалось, что я должна всех видеть, должна сказать, теперь я отвечаю, если меня спрашивают. Если не спрашивают, то у меня нет желания копаться в вашей энергетике. Я захожу в магазин — все продавцы прячут глаза: вдруг она что-то прочитает? Я сойду с ума, если буду во всех смотреть.

- В интернете от вашего имени действуют мошенники, и наша газета писала об этом. Сегодня ситуация как-то изменилась?

- Я бы хотела, чтобы все знали: этот сайт мошеннический, я не имею к нему никакого отношения. Я не работаю через интернет или социальные ести. Я получаю письма в Фейсбуке или в ”одноклассниках” от людей, которые посылали деньги и не получили ответа. Сайт очень профессионально оформлен, и у многих моих коллег есть подобные. Я очень переживаю, потому что человек в поисках помощи обязательно выйдет на этот сайт, так как он одним из первых выскакивает в поисковиках.

- Вы зарегистрировали свое имя как товарный знак? 

- Пока нет. Конечно, нужно это сделать. Я сталкиваюсь не только с мошенническими сайтами, но и лично общалась с человеком, который в социальной сети называл себя Илоной Калдре, консультировал людей. Дошло до того, что он участвовал в форумах от моего имени. Когда я написала, что по закону она не имеет права использовать мое имя и фотографии, я получила гневный ответ. Она мне написала, что теперь все пропало, теперь у меня все умрут, на мне смертная порча.

- Не планируете заняться частной практикой?

- Я совсем не вижу себя в кабинете. Я четко понимаю, что может быть история, которая зацепит тебя не на час, не на день, а на месяцы, а я погружаюсь в состояние каждого человека и живу его жизнью долгое время. Если все поставить на поток, то я смогла бы ежедневно серьезно говорить максимум с тремя людьми.

Но я вижу себя в серьезной работе. Я допускаю, что я могла бы сотрудничать с какими-то организациями и помогать. Может, я могла бы сделать какую-то творческую встречу, чтобы люди могли увидеть меня, прикоснуться, понять, кто я такая, а я могла бы дать добрый совет или увидеть какое-то важное событие, которое человек не должен пропустить. Я хочу общаться с людьми.