Евросоюз сокращает финансовую поддержку: цена теряемого счастья

 (8)
Vladimir Vaingort
Foto: Vallo Kruuser

Обычное дело: летом новостей меньше, а политики и СМИ продолжают действовать и одним говорить, а вторым писать о чем-то надо с зимней горячностью. Нынешним летом такой квазиновостью стало грядущее сокращение финансовой поддержки от Евросоюза. Новость, прямо скажем, бородата как старый анекдот, но все равно многие пугаются: на что жить-то дальше будем? — пишет доктор экономических наук Владимир Вайнгорт в "МК-Эстония".

Читаешь некоторые статьи на эту тему и такое впечатление возникает, что их авторам Евросоюз представляется эдаким круглогодично действующим Дедом Морозом, раздающим из мешка миллионы евро. Мы их исправно получали, а теперь (не сейчас, но скоро) мешок для нас открываться не будет, какие бы стишки мы не декламировали и какие песенки не пели. Максимум на что можем рассчитывать: похвалят и погладят по головке. Или не погладят.

Размер потерь называют по-разному: в миллионах на три года вперед, в процентах от ВВП, в натуральных показателях (то есть в евро) по так называемому ВВП и ППС на душу. Но обязательно со снижением, пугающим читателей и слушателей.

Мы эти цифры опустим, хотя наши макроэкономические показатели в какой-то мере от поступавших из структурных фондов Евросоюза денег, конечно, зависели, но не факт, что в дальнейшем они снизятся пропорционально уменьшению европейских дотаций и тем более мало с этим будет связано грядущее благополучие населения.

Цена теряемого счастья

Оценки использования европейских денег в прошлые годы очень разные. Например, вполне уважаемый экономист и предприниматель Энн Вескимяги считает, что Эстония нерационально распорядилась евроденьгами: надо было на них дороги строить, а не музеи.

Спорное утверждение. Приоритет экономической инфраструктуры по сравнению культурной все же был, но в стране, где туризм – существенная статья дохода, музеи тоже экономический фактор, не говоря о их самоценности вообще. Тем более на всех основных обновленных шоссе страны установлены щиты, извещающие что дорога сделана на деньги ЕС.

Другой авторитет, министр юстиции Рейнсалу, считает, что надо было строить больше и дорог, и музеев. В частности, активнее строить четырехполосную дорогу Таллинн – Тарту и музей преступлений коммунизма, а также создать мемориал на эту тему. И если денег на такое великолепие от ЕС не хватало – брать кредиты.

На самом деле создавали за прошлые европейские деньги не только дороги и музеи. Построили, например, современнейший холодильник длительного хранения рыбы. Привели в порядок сети Нарвы, а также создали великолепную набережную – Нарвский променад. Спорная эффективность оказалась у создания т. н. туристских хуторов. На мой взгляд, бездарно израсходовали средства на утепление отдельных многоквартирных домов, а до того – на снижение энергопотерь отдельно стоящих особняков. И то и другое было социально не мотивировано.

То есть проблема совсем не в размерах полученных от ЕС денег, а в том, как распорядились ими меняющие друг друга власти. Тем более, никто не сообщил городу и миру, сколько таких средств было потеряно из-за элементарной неразберихи в чиновничьих рядах.

Думаю, должен рано или поздно появиться политико-экономический детектив о том, почему Таллинн потерял возможность за европейские деньги получить архитектурный шедевр в виде здания Художественной академии под циничным и смехотворным предлогом, что спроектированное здание заслонит солнце соседним домам. А запланированный на этом же месте стандартный и скучный небоскреб по части солнца проходит нормально? В общем, дело совсем не в макроэкономике.

Чем сердце успокоится?

Размеры европейских средств, как и любых других привлекаемых извне, в первую очередь зависят от качества, смелости и экономической обоснованности проектов национального масштаба. Не вникая в целесообразность строительства Великого железнодорожного пути Rail Baltica, заметим, что финансирование дороги доказывает: если хорошо пролоббировать проект, то ЕС за ценой не постоит. Чтобы такие проекты появлялись, необходимо иметь ясную и согласованную элитами, а также поддержанную обществом в целом перспективу развития страны.

Мало обозначить в качестве цели движения превращение Эстонии в некое подобие социального государства, чтобы жить как шведы. Необходимы сценарии социально-экономического развития страны при разных магистральных мировых трендах. Например, одно дело жить в условиях острой конфронтации западного мира и России и совсем другое, если вдруг антиглобалистские лидеры России и США договорятся. Что вполне возможно и даже на памяти ныне живущих поколений было не раз (сомневающимся рекомендую обратить внимание на действительную новость нынешнего лета – американо-северокорейские переговоры).

В отличие от некоторых коллег, я отнюдь не считаю, что только налаживание добрососедских отношений с Россией обеспечит Эстонии экономическое процветание (хотя это существенный фактор роста). Нам необходимо определить собственную нишу в европейском разделении труда. При этом надо исходить из того, что новая индустриализация вряд ли возможна и мировым центром блокчейна мы тоже вряд ли станем.
Полагаю, Эстония вполне может стать лидером экономического роста на базе развития медицины и образования и на этой основе активного роста социального обеспечения быстро растущих великовозрастных групп европейского населения. А что касается перспектив европейских денег для нашей экономики, то минимальное условие снятия политических спекуляций на этот счет и даже возможного популистского предвыборного шантажа заключается в обеспечении большей открытости экономической информации для всего общества. Только и всего.