В Силламяэскую ТЭЦ сделают крупнейшие за многие годы инвестиции. Когда начнут сокращать рабочую силу?

 (18)
Väino Sarnet
Väino SarnetFoto: Priit Simson

В этом году у предприятия-поставщика тепла для Силламяэ и силламяэской портовой зоны АО ”Silpower”, или силламяэской ТЭЦ, сменился исполнительный руководитель. Членом правления предприятия стал Вяйно Сарнет, для которого это уже ”второе пришествие” на ТЭЦ: он возглавлял её в 2003-2007 годах.

Главный вызов для ”нового старого” руководителя в этот раз — предстоящие большие работы по обновлению мощностей станции, а также прояснение ситуации с дальнейшим использованием сланца. Об этом и о потенциальном влиянии перемен на потребителей Вяйно Сарнет беседует с корреспондентом ”Инфопресса”.

20 миллионов

- Господин Сарнет, из наших разговоров до этого интервью я вынес впечатление, что вы ждали некий важный шаг, некие важные решения, которые открывают вам пути для дальнейшего развития предприятия. Раскройте карты — что за решения теперь приняты?

- Важные решения, связанные с большими инвестициями. Не секрет, что оборудование у нас уже достаточно старое. Капиталовложения в него, конечно, делались и в предшествующие годы, но в целом остаётся ещё многое сделать…

- Вы руководили силламяэской ТЭЦ больше десяти лет назад и сейчас вернулись. За прошедшие годы предприятие очень сильно изменилось?

- Не очень сильно. Я испытал в некотором смысле дежавю: почти всё знакомо — и люди, и оборудование. Что сделали за минувшее десятилетие? Частично перешли на древесину, которой раньше в нашем ”меню” не было, в результате сейчас мы сжигаем древесину, сланец и природный газ. Также предприятие подготовилось и к новому проекту, который будет стоить намного дороже, чем сделанное до сих пор, — 24 миллиона евро. В рамках этого проекта уже построили подстанцию, и теперь остаётся инвестировать ещё 20 миллионов в сам новый блок, который будет работать на биотопливе.
Этот новый блок и был тем вопросом, окончательного решения о финансировании которого мы ждали. На сегодня, по этим 20 миллионам положительное решение от банка и собственников у нас есть, проектирование уже начали, и реализация всего проекта до стадии готовности потребует примерно два года. Начинать строить планируем в мае следующего года.
Совокупная мощность нового блока составит 25 мегаватт, в том числе более 5 МВт электричества и около 20 МВт тепла.

- Как с его появлением изменится общая картина мощностей ТЭЦ? Что будет при этом закрыто, что останется?

- Необходимый объём наших мощностей включает мощность базовую и пиковую. Базовую этот новый блок сможет обеспечивать. Для периодов пикового потребления у нас есть комби-станция, которую мы построили более десяти лет назад и которая работает на природном газе. Дополнительно используем сланец и древесину также на старых котлах, ресурс которых уже почти исчерпан. На них мы можем работать до 2023 года, дальше — неизвестно. Поэтому строительство нового блока — вынужденная мера.

У нас есть также вариант развития предприятия, который предусматривает ограниченное использование сланца и после 22-го года. Но это зависит не только от получения нового разрешения от государства, но и от того, что квоты на углекислый газ с каждым годом становятся всё дороже.
Подытоживая, можно сказать, что новая станция будет покрывать примерно 50 процентов от потребности по времени, а в отопительный период придётся включать и что-то из более старого оборудования. Альтернативный путь: строить для покрытия остальных мощностей второй примерно такой же новый блок. Но конкретного решения о том, как мы будем действовать лет через пять, пока нет.

- А когда вы предполагаете такое решение принять? Времени, на самом деле, не так уж много.

- Ну, два года у нас точно есть, чтобы продумать, как дальше действовать.

Какое топливо предпочесть?

- Если предположить возможность сохранения наряду с новой станцией каких-то старых котлов, то хочется спросить: а с технической и экологической точек зрения, они ещё могут работать?

- С одной стороны, хочется, конечно, сохранить эти котлы в резерве. С другой стороны, за любым оборудованием, а тем более за старым, постоянно надо следить, ремонтировать и т.д., что мы и делаем. В один прекрасный момент это станет экономически невыгодно, и нам не дадут включить затраты на слишком большой объём ремонта в тариф.

- Сегодня силламяэская ТЭЦ использует три вида топлива. Вы бы хотели сохранить все три?

ТОП

- Три — это слишком много. Это вынужденное положение сейчас, и, поскольку средняя цена биотоплива и сланца пока были почти равны, но будущее сланца кажется не таким радужным, то больше применять биотопливо — это более надёжный выбор.

- Хватит ли всем этого биотоплива с учётом масштабов его нынешнего использования?

- Конечно, хватит. Можно использовать, если получить соответствующее разрешение, и так называемую вторично используемую древесину — то есть такую, которую отсортировывают при сносе домов и т.п. У ”Ээсти Энергиа” есть такой проект, и мы тоже анализируем подобную возможность. Вторично используемую древесину как сырьё можно и импортировать (в Эстонии этого материала не много), весь вопрос только в цене. Сейчас вторичная древесина дешевле.

- Никакого четвёртого вида топлива, ещё более выгодного и дешёвого, на горизонте нет?

- У нас здесь, в промышленной зоне, теоретически говоря, может когда-то появиться производство, на котором будут образовываться излишки технологического тепла. Эти излишки можно использовать и для производства тепловой энергии.

- Как делают, например, на ”Виру Кеэмиа Групп”…

- Да.

- Другими словами, если бы — хотя, видимо, эта перспектива уже исчезла — здесь появился нефтеперерабатывающий завод, то с ним пришло бы и такое ”излишнее” тепло?

- Может быть, тогда тепло для потребителей получалось бы чуть более дешёвым. Но пока, повторяю, это теоретические разговоры.

- 20-миллионная инвестиция, с которой мы начали наш разговор, — это самая крупная инвестиция в ТЭЦ Силламяэ за последние годы?

- Я думаю, за последние 40 лет да.

- Будет ли сам процесс строительства этой новой станции в ближайшие два года означать какие-то отключения тепла для города?

- Нет-нет. Существующим схемам теплоснабжения и действующему оборудованию строительство блока никоим образом не будет мешать.

- Для потребителей в связи со строительством нового блока цены тепла вырастут?

- Нет. И департамент конкуренции не даст этого сделать, поскольку включать инвестиции, сделанные в оборудование, в тариф можно только через амортизацию, а норма амортизации там составит 30-40 лет. На конкретный тариф это влияет мало.

- А как тогда вы будете возвращать обратно вложенные 20 миллионов?

- Амортизация и означает, что это произойдёт в течение нескольких десятков лет. Это, конечно, для нас неприятно, но так оно и есть.

- В связи со строительством новой станции сокращение кадров планируется?

- Через пару лет, не раньше. Я думаю, делать такие инвестиции и не экономить на рабочей силе — это было бы странно.

Заботы горожан

- Будут ли в Силламяэ в ближайшие годы вестись работы также на тепловых сетях?

- В ближайшие два года их не предусмотрено, поскольку денег на инвестиции просто не хватает. Самые ”больные” места в сетях мы уже отремонтировали, продолжим эту работу через два года. Обновление трасс — это очень долгосрочное и дорогое дело.

- Если говорить о взаимоотношениях ТЭЦ и населения Силламяэ как ваших потребителей, то из года в год квартирные товарищества жаловались на проблемы с температурой теплоносителя и соблюдением температурного графика. На сегодня, господин Сарнет, что можете сказать об этой проблеме?

- Мы постоянно следим за соблюдением температурного графика, но наша проблема — в том, что старое оборудование не позволяет регулировать режим достаточно плавно. Новое оборудование, в том числе газомоторная станция, реновированные сетевые насосы и теплотрассы, внедрённые инфотехнологические средства контроля, уже даёт такую возможность. Я посмотрел графики десятилетней давности: за эти годы положение удалось улучшить. С пуском будущего нового блока мощность можно будет регулировать ещё более гибко.

- Вы хотите сказать горожанам ”подождите два года, потом проблем станет меньше”?

- Да, конечно. Большие инвестиции нет смысла делать, если это не повышает стабильности и надёжности выработки тепла и плавности его регулировки. К тому же это проблема не только для городских потребителей, но и для наших клиентов в промышленной зоне.

- Силламяэские товарищества давно беспокоила и судьба домовых счётчиков тепла. В городе исторически сложилось так, что эти счётчики если не все, то в большинстве раньше принадлежали самим домам, а жильцы хотели бы, чтобы за них отвечал продавец тепла. Шли разговоры, что с 2018 года процесс передачи приборов учёта продавцу, т.е. ТЭЦ, начнётся. На сегодня как дела?

- Смысл закона таков: если через переговоры не пришли к какому-то иному решению, то счётчики должны принадлежать продавцу. Если исторически собственность на эти приборы учёта была другой, то в чьей собственности они будут дальше — потребителя или продавца — надо решать через переговоры. Мы к этому и стремимся. Но поскольку перед администрацией предприятия стоит и много других важных задач, то разрешение ситуации со счётчиками потребует ещё некоторого времени. Я помню этот вопрос, уже не первый раз слышу о нём, но, честно говоря, из-за занятости пока готового ответа не имею.

- Какая доля теплосчётчиков в силламяэских домах сейчас принадлежит ТЭЦ и какая — самим домам?

- В настоящее время все теплосчётчики являются собственностью потребителя. Они были установлены за счёт потребителя и на принадлежащей ему недвижимости.

- Намерены ли вы создать или использовать, если он был создан раньше, какой-то механизм взаимодействия ТЭЦ с квартирными товариществами города — будь то круглый стол, регулярные встречи и т.п.? Или всё будет решаться в индивидуальном порядке?

- Пока индивидуальной работы с каждым домом достаточно. Раньше часть вопросов за нас решало городское жилищно-коммунальное предприятие ”МЕКЕ”. Сейчас (в 2018 году все жилые дома города, по закону, превратились в КТ. — прим. авт.) этого уже нет. Каким будет дальнейшее взаимодействие — посмотрим. Это не только от нас зависит, но и от желания товариществ.

Тепло и электричество

- Какие вызовы перед вашим предприятием сейчас стоят с точки зрения отношений ТЭЦ и промышленной зоны, ТЭЦ и порта?

- У нас стабильные отношения и долгосрочные договоры с предприятиями. Потребление зоны порта понемногу увеличивается. Тепло у нас берут два предприятия — завод ”Силмет” и нефтяной терминал ”Алексела”. В основном промзона потребляет электроэнергию — и ту, что мы сами производим, и ту, которую поставляем от других производителей через свою сеть.

- Cобственник портовой зоны, он же и собственник вашего предприятия, какие перспективные задачи для ТЭЦ ставит, если смотреть лет на десять вперёд?

- Он принял самое главное, экзистенциальное решение — о крупных инвестициях в ТЭЦ. Именно ТЭЦ в ближайшие два года станет главным инвестиционным объектом. Это само собой означает, что собственник видит для нас долгосрочную перспективу.

- Вы называетесь ”тепло- и электростанция”. На какой из двух компонентов вы бы хотели делать больший акцент?

- Если считать в мегаваттах, то тепла мы вырабатываем намного больше, чем электроэнергии, но важны оба компонента, и совместное их производство всё-таки остаётся выгодным, в том числе на новом оборудовании. Поэтому будем развивать оба направления.

- Электроэнергию вы сейчас продаёте только предприятиям или населению тоже? Ваш предшественник обещал, что будет и такая услуга для населения?

- В принципе, можно продавать и населению, но у нас просто нет экономического интереса в этом, поскольку сегодня мы и сами больше половины электроэнергии покупаем. Если увеличим выработку, тогда — может быть.

- Какие макроэкономические факторы сейчас особенно важны для дальнейшего развития ТЭЦ? За чем вы внимательно следите?

- За законодательством, поскольку мы должны заранее готовиться ко всяким изменениям в этой области.

- А какие цены мировых бирж на вас могут повлиять критически?

- Общий тренд такой, что если повышается цена нефти — следом все виды топлива становятся дороже. Сегодня уже нет раздельного существования даже цен нефти и древесины, как было десять лет назад. Для нашего будущего самое главное — стабильность, насколько это возможно. И я думаю, биотопливо в перспективе эту стабильность способно обеспечить лучше всего. Но чтобы вообще какой-то вид топлива стал очень дешёвым — на это надеяться нет смысла.

- То есть если завтра скажут, что можно производить тепло- и электроэнергию из воздуха, то подорожает и воздух?

- Косвенно может — через акцизы. Уже сейчас субсидии для производства электроэнергии из ветра и солнца уменьшаются. Это значит, что и в этом секторе энергетики становится труднее получать те прибыли, к которым они привыкли.

- А вы, кстати, эту ”зелёную” энергетику не планируете развивать?

- Есть некоторые планы, но возможностей сделать что-то большое мало — для этого надо много земли.

- Так у вас рядом пустующая территория закрытого силламяэского хранилища отходов…

- Там 8 гектаров; на несколько мегаватт этого, может быть, хватит, если разместить там солнечные батареи. У нас в резерве такой проект на один мегаватт есть, может быть, когда-то и займёмся им.

- Хочу вернуться к цене тепла. Вы сказали, что строительство нового комплекса ТЭЦ само по себе эту цену не поднимет. Но если оставить новую станцию в стороне, вы вообще в ближайшее время не собираетесь повышать цену тепла, вне зависимости от этого нового объекта?

- Да, такое намерение есть. Мы последний раз повышали цену в 2013 году, с тех пор всё стало дороже. Повышать мы намерены не слишком сильно, думаю, в пределах пяти процентов. Ходатайство в департамент конкуренции подали месяц назад. Решения пока нет.

Uudiskirja Üleskutse