В книге "Говорит глава государства" президент Ильвес рассказал, учила ли его бабушка русскому языку

 (141)
Toomas Hendrik Ilvese õhtusöök pärast inimõiguste konverentsi
Toomas Hendrik Ilvese õhtusöök pärast inimõiguste konverentsiFoto: Tanel Meos

В понедельник президент Эстонии Тоомас Хендрик Ильвес представил в Кесклиннаской русской гимназии вышедший на русском сборник своих речей ”Говорит глава государства”. Как Delfi писал ранее, в книгу вошли также вопросы русских школьников и ответы президента.

”Речь идет о книге, которая была создана специально для русскоязычной аудитории, то есть в каком-то смысле это не переводное, а оригинальное издание. На эстонском языке такой книги нет”, — отметил руководитель Эстонской ассамблеи сотрудничества Олари Коппель, который готовил сборник к изданию.

Публикуем отрывок из книги, в котором президент Ильвес отвечает на вопросы о своей русской бабушке и русском языке:

В вашей родословной есть один примечательный факт — ваша бабушка была русской.

Мою бабушку по материнской линии звали Александра Чистоганова. Ее молодость прошла в Санкт-Петербурге, где после прихода к власти большевиков ей пришлось пережить очень тяжелые времена, потом она жила в Эстонии, а затем бежала с семьей в Швецию. Когда я был маленьким, бабушка нянчила меня и занималась моим воспитанием.

Читайте также:

Русскому языку она вас не учила?

Не в такой степени, чтобы я этот язык освоил. Все связанное с Россией было во времена моего детства темой болезненной, такой оно было, очевидно, во всех семьях беженцев.

Советская оккупация Эстонии в 1940-1941 годах — это аресты, депортация, убийства. Страшась повторения всего этого, люди в 1944 году массово бежали из страны. А заново установленная советская власть начала опять убивать, ссылать и арестовывать, причём не только тех, кто служил в немецкой армии или сотрудничал с нацистами, но и женщин, детей, стариков. Всех, кто остался на оккупированных немцами территориях, советская власть рассматривала как подозрительный элемент, как потенциальных врагов.

Репрессии весьма болезненно затронули и моих оставшихся в Эстонии родственников. Так что и в нашей, и во многих других семьях весь этот террор неизбежно связывали с Россией, ведь приказы диктовали из Москвы. А здесь местные подручные, в том числе и эстонцы, эти распоряжения выполняли. Скажем так, что ”коммунист” и ”советский” были в нашей семье бранными словами. Когда в возрасте семи лет я спросил у отца, кто такой коммунист, то в ответ услышал, что коммунист — это тот, кто убивает и ссылает невинных людей в Сибирь.

Uudiskirja Üleskutse