СВОИ ЛЮДИ| История активистки и педагога Ольги Селищевой: страшно, когда ты выходишь из русской школы, а тебя окружает все не на родном языке

 (83)
Eesti keele õpetaja
Eesti keele õpetajaFoto: Ilmar Saabas

Русский Delfi запускает серию интервью с людьми, чей родной язык — русский, которые добились успеха в Эстонии и любят эту страну. Следующая наша героиня — учитель эстонского языка Ольга Селищева. Помимо своей основной работы, она преподает на курсах адаптации для русскоязычных людей из других стран, помогала в открытии двуязычной школы Avatud Kool и является организатором конференции TEDхLasnamäe. Ольга считает, что эстонскому языку можно научить только на практике, и поощряет то, что русскоязычных детей отдают в эстонские детские сады.

С Ольгой мы встретились на ее рабочем месте — в здании Таллиннской Тынисмяэской реальной школы.

Вы родились и выросли в Таллинне?

Да, я из Таллинна, родилась и выросла в районе Ласнамяэ, закончила Таллиннскую Кекслиннаскую русскую гимназию. 12 лет я проучилась в этой школе, а потом поступила в университет.

Почему выбрали профессию учителя?

У меня еще в школе было прозвище ”рыжая староста”, потому что я всегда была главным организатором в классе, мне всегда нравилось что-то придумывать. Если учителю нужно было собрать деньги или организовать выпускной вечер, то он мог поручить это мне. Наверное, оттуда это и пошло. В гимназии учителя говорили, что профессия преподавателя мне подойдет. Когда учитель, который для тебя является авторитетом, говорит, что в этой профессии ты точно найдешь себя, то ты веришь ему.

У меня был второй вариант — пойти в Академию внутренней безопасности учиться на криминалиста, но моя физическая подготовка не была настолько сильной.

Ваш любимый предмет в школе?

Эстонский язык. В какой-то момент появился учитель, который смог создать такую вдохновляющую атмосферу, что хотелось ходить на урок. У нас были очень хорошие отношения. Я до сих пор благодарна ей. Другое дело, если говорить об эстонском языке, то как бы хорошо его не преподавали, это помогает очень мало. Все остальное приходит тогда, когда ты начинаешь говорить. Я начала работать летом после 9 класса. Там я получила ту практику языка, которую не смогла получить за годы обучения в школе.

Учитель сможет тебе дать хорошее отношение к людям, к языку, но дать достаточной практики при четырех часах в неделю, особенно учитывая, что нужно всех спросить, тяжело. Сейчас я это понимаю.

Если сравнить время, когда вы учились и когда вы учите, изменилось ли мнение учеников об эстонском языке?

Все всегда понимали, что язык нужен. Многие думают, что они уедут, и ”сдался им этот эстонский”, но, к сожалению, уехать не всегда получается. От своих учеников я ни разу не слышала фразу ”зачем мне это надо”. Очень многое идет из семьи. Когда родитель, например, говорит: ”Эстонский в жизни тебе вряд ли пригодится”, то и ребенок относится к этому таким же образом. Сейчас, как мне кажется, такого уже практически нет. У меня на данный момент есть первый, второй, седьмой и одиннадцатый классы. В одиннадцатом я являюсь классным руководителем.

Маленькие детки, которые приходят к нам в школу, все чаще и чаще — выходцы из эстонских садов, уровень их эстонского языка уже в первом классе достаточно высок. С 11 классом все немного сложнее. Видимо, раньше не было тренда отдавать детей в эстонские детские сады, поэтому им сейчас сложнее. Но я стараюсь внедрять в систему обучения то, чего не было во время моей учебы в школе.

Eesti keele õpetaja Foto: Ilmar Saabas

Например, мы проводим проекты со сверстниками моих 11-классников из эстонской школы Лоо. Проект называется ”Молодежные встречи” и имеет очень большой успех в плане общения. Три дня подряд 12 ребят из моей школы и 12 ребят из эстонской школы проводят вместе, мы встречаемся и пишем проект на определенную тему, например, социальные рекламы или проблемы молодежи, и работаем над определенной тематикой. Сейчас мы собираемся с молодежью написать проект на тему международного обмена. В таких неформальных видах обучения они понимают, что у эстонской молодежи такие же интересы, как у них самих. Оказывается, все, что у нас есть - все общее, например, они ходят на тренировки в одни и те же спортклубы. Я надеюсь, что это даст им толчок, понимание того, что как русскоязычные, так и эстоноязычные ребята могут многого добиться, и те же эстонцы на самом деле хотят выучить русский язык.

То есть вы считаете, что детей из русскоязычных семей стоит отправлять в эстонский детский сад?

Я бы отправила. Я вижу по тем детям, которые учатся у меня, очень хорошую базу эстонского языка, которой им хватит до конца жизни.

Вы не согласны с теми, кто утверждает, что в таком случае ребенок не будет знать ни русского, ни эстонского языков?

Если он пойдет в русскую школу, конечно он будет знать русский. Это просто первый импульс эстонского языка. Если же ребенок пойдет в эстонскую школу, тогда русским языком надо заниматься отдельно. У меня есть знакомая, которая училась в эстонском детском саду, ходила в эстонскую школу, но мы с ней все время говорили по-русски, она же русская. Однажды я попросила ее ответить на вопросы анкеты в рамках университетского задания и была в полнейшем шоке.

”Страшно, когда ты выходишь из русской школы, а тебя окружает все не на родном языке”

Возвращаясь к Вам. Куда Вы пошли учиться после школы?

Училась я в Таллиннском университете. Я очень хорошо помню этот момент. Страшно, когда ты выходишь из русской школы, а тебя окружает все не на родном языке. Мы сразу скучковались с русскоязычными ребятами и дальше сильно помогали друг другу.

Мне очень запомнилась анатомия. Тогда еще не было такого, что у всех в карманах смартфоны и можно сразу заглянуть в словарь. На анатомии мы полтора часа говорили о ”kude”, но не знали, что это такое. Полтора часа слушали и не понимали. Лишь дома, посмотрев в словарь, я поняла, что это ”ткань”.

Я заметила, что русскоязычные в университете работают усерднее, потому что им нужно все переводить и на учебу уходит гораздо больше времени. После того как я поняла насколько непросто быть студентом, и в добавок еще учиться на неродном языке, я стала тутором — тем, кто помогает новеньким в университете, я помогала русскоязычным. Сейчас я окончила магистратуру и имею право преподавать эстонский язык как иностранный, и английский язык.

Когда вы пришли на практику, совпали ли ожидания с реальностью?

На практике все было очень сумбурно и волнительно. Тут многое зависит от учителя, который тебе помогает, мне в этом плане повезло. Помню, что я очень сильно уставала и очень долго готовилась к урокам. Ты приходишь домой и до 12 ночи готовишься, планируешь каждый шаг по времени. Потом приходят наблюдатели из университета, смотрят тебя, оценивают. Это все сложно. У тебя практика, написание дипломной работы, еще и работаешь дополнительно. Ты живешь в каком-то непонятном пузыре и не знаешь, на сколько тебя еще хватит. Но главной мотивацией было закончить учебу, ведь так хотелось побыстрее начать работу в школе.

Если оно идет с душой, то оно и не сложно. Дети всегда помогут и всегда все чувствуют. Работа учителя — отчасти работа актера. Ты делаешь вид, что у тебя всегда все здорово, ты всегда должен быть в хорошем настроении. Но ведь бывает по-разному. Иногда бывает, что ты приходишь и делаешь вид, что у тебя хорошее настроение. А дети сразу все чувствуют и спрашивают: ”А у вас что-то случилось?”

Если второй класс — дети еще маленькие, то в одиннадцатом классе учатся уже взрослые молодые люди. Как они воспринимают молодую учительницу?

Когда я показываю кому-то фотографии с классом, то никто не может найти меня среди учеников. Когда мы приходим на экскурсию, меня тоже не сразу замечают. Я взяла этих детей в восьмом классе, было непросто, потому что возраст тяжелый. До этого у них тоже был молодой учитель, поэтому, наверное, они уже привыкли. Было по-разному. Иногда думаешь: ”Все, отказываюсь, не хочу больше, не нужен мне никакой класс”. А иногда бывает наоборот. С этого класса у меня и пошла школьная активность. Они уже старше, у них больше интересов, какие-то интересы у нас с ними могут совпадать. Я пытаюсь открыть им горизонты, пытаюсь объяснить, что есть не только ”ВКонтакте”, а еще много всего.

Каков средний возраст учителей, интересуются преподованием молодые?

Наверное, зависит от школы. Может мне так попадалось, но как мне кажется, в эстонских школах больше молодых учителей, может это связано с проектом Noored Kooli. Мне кажется, что потихоньку средний возраст начинает снижаться, но на данный момент молодой учитель — это скорее музейный экспонат.

Как с этим бороться?

Почему-то у многих людей есть мысли о том, что учитель — это что-то неблагодарное, что-то очень сложное, очень малооплачиваемое. За 4 года я ни разу не столкнулась ни с чем из этого. Откуда-то этот стереотип идет и его нужно пытаться искоренить.

Фото: личный архив

Вы — строгий учитель?

Наверное, лучше спросить у учеников. Мне кажется, что нет, но меня можно вывести. Я стараюсь быть на равных, всегда стараюсь дать детям возможность выбора и, наверное, стараюсь быть таким учителем, какого бы я хотела видеть во время своей учебы в школе. У многих осталось мнение, что учитель может и указкой по голове дать, и наорать. Сейчас это уже не должно работать. Если возникают проблемы, то всегда можно решить их спокойно.

Государство в достаточной степени поддерживает школы и учителей? В том числе говоря о зарплатах.

В последнее время есть рост зарплат, пусть и не такой большой. Когда ты не знаешь, сколько получают другие люди из частного сектора, то тебе сложно сказать, много ли ты получаешь. На самом деле, многие наши учителя вынуждены работать где-то еще. Это неправильно. В первую очередь, хотелось бы побольше учителей — мужчин. Всегда чувствуется, что у детей другое отношение, когда учитель — мужчина. Если человек вынужден с одного место бегом бежать на другое, то разве это можно считать нормальным?.

Чем вы занимаетесь помимо работы?

Я преподаю на курсах адаптации для русскоязычных людей, которые по тем или иным причинам переехали жить в Эстонию. Программа называется Settle in Estonia. В ней участвуют взрослые люди, все со своими жизненными историями. Кто-то вышел замуж и переехал сюда, кто-то нашел работу здесь. В основном это люди из России, Украины и Белоруссии.

На курсах адаптации им рассказывают все самое необходимое. Начиная с того, как сделать банковский счет, заканчивая тем, как провести досуг и в какой детский сад отдать своего ребенка. Я веду семейный модуль, рассказываю о семейных пособиях, возможностях детских садов и школ. Важно, что люди знакомятся между собой, начинают дружить. К нам ведь приезжают не только взрослые, но и семьи с детьми. В моей школе даже учится несколько таких детей.

У меня учится мальчик, который приехал сюда в 7 классе, и в 9 классе должен был сдавать экзамен на категорию эстонского языка B1. Он сдал. Я занималась с девочкой балериной из России, у которой была настолько большая мотивация заниматься в балетной школе Эстонии, что то, что дети учат с первого по девятый класс, она выучила с января по май.

По каким причинам люди чаще всего переезжают в Эстонию?

Вышла замуж и муж программист.

Помимо курсов адаптации вы были волонтером при запуске новой школы Avatud Kool. Что это за школа?

Это школа новой концепции, где работает двухстороннее языковое погружение. Дети из эстонских и русских семей учатся в одном классе. Первая часть дня проходит на одном языке, вторая часть — на другом. Благодаря этому на выходе из школы дети свободно владеют и эстонским, и русским языками. Я преподаю в кружке молодых ученых, там та же система. Работаем с напарницей, она эстонка и говорит только на эстонском языке, а я, как носитель русского языка, говорю только по-русски.

Остается свободное время?

Немножко поспать есть (смеется). На самом деле есть Но обычно на праздники мне все желают, чтобы в сутках было больше часов. Чем больше ты делаешь, тем больше ты успеваешь. С одной стороны, все, чем я занимаюсь — это мое хобби, но иногда нужно менять сферу деятельности.

Фото: Екатерина Башаренко

Например, я являюсь одним из организаторов TEDxLasnamäe, русскоязычной конференции в формате TED. Там выступают деятели из абсолютно разных сфер, которые могут поделиться своим видением и открытием, каждая речь длится по 18 минут. За 18 минут спикер должен вдохновить публику. В первый год я пошла как зритель, потом поняла, что мне очень нравится идея, и на второй год я чисто случайно присоединилась к команде. Я — организатор с технической стороны. Решаю, где пройдет конференция, что мы будем есть и так далее. Все это делается на добровольной основе.

Но все же, чем Вы занимаетесь в свободное время?

Если его достаточно много, то я предпочитаю уехать куда-нибудь. Путешествия очень помогают сменить обстановку и забыться. Летом я работаю старшим педагогом в детском лагере ”Котка”, люблю бадминтон и теннис.

В личной жизни Ввы — учительница?

Да! (смеется). Желание командовать, наверное, всегда со мной. Иногда я могу включить учительницу и понимаю, что в какой-то момент нужно нажать ”off”.