Каарел Таранд: уезды сгинули навсегда

 (3)
Kaarel Tarand
Kaarel TarandFoto: Siim Lõvi

За последние месяцы Каарел Таранд не раз обращался к своим ученым друзьям с вопросом, что с нового года будет называться уездом, т.е. каково будет определение и смысл этого понятия. Публицист недоумевает на страницах ”Учительской газеты”, каким образом люди отныне будут понимать, что покинули одно культурное пространство и попали в другую ячейку идентичности.

Никто не смог мне ответить. Дорожные указатели на шоссе какое-то время наверняка еще постоят. Тем не менее, вместе с упразднением со стороны государства уездных управ канут в лету и четкие физические границы вкупе с некоторой видимой деятельностью, как то раздача всяческих призов и премий, организация мероприятий или ежедневное использование уездных брендов и символики.

Сформулированные парламентом и правительством правовые акты и пояснительные записки, на основании которых разделение страны на уезды и было отменено, не предлагают никаких идей относительно того, каким образом люди, до сих пор идентифицировавшие себя как жители уездов, должны воспринять новую реальность или переформатировать свое мышление. Не думаю, что жители уездов составляют большинство населения Эстонии, однако кабинет министров не может оставить без внимания даже меньшинство.

Жители больших городов, как правило, не считают, что живут в уездах, что бы там в почтовом адресе не было написано. Ну не считают таллинцы связанными себя с Харьюмаа, и точно так же думают тартусцы, нарвитяне и пярнусцы. Диалектные территории с ярко выраженной местной идентичностью, которые для поддержания своей деятельности основали институты культуры или сотрудничали в сфере туризма, не совпадают с прежними уездными границами ни в Мульгимаа, ни на юго-востоке страны.

Нарисованная идентичность

Когда почти 20 лет назад тогдашнее правительство пыталось инициировать административно-территориальную реформу, в качестве одного из вариантов рассматривалось преобразование уездов в единицы местного самоуправления таким образом, чтобы каждый уезд стал волостью. Что с того, что т.н. уезды представляли собой лишь доставшиеся нам в наследие от ЭССР районы. Теперь кажется очевидным, что это было насилием над Вырумаа, Вирумаа и Тартумаа. О хаосе на юге Харьюмаа даже речи нет.

Уездные управы, в которых чиновники чувствовали угрозу со стороны планов правительства, стали, разумеется, оказывать сопротивление. Например, Йыгеваская уездная управа даже провела опрос, в ходе которого выяснилось, что в отделенной во время оккупации от Тартумаа северной части будто бы возникла своеобразная йыгевамааская идентичность. Однако ничего из этой затеи не вышло. Идентичность не является чем-то таким, что правительство могло бы ввести или отменить при помощи одного только начертания линий на карте.

Я не в курсе, по чьей инициативе в версию Закона об административно-территориальном устройстве Эстонии, который вступает в силу со следующего года, добавили статью 2, часть 2, гласящую следующее: ”На основании закона в уезде государственное административное управление осуществляют ответственный за эту сферу министр и правительственные учреждения”. Ну это же явный самообман. Уже на протяжении долгих лет при организации сфер управления многих министерств не исходили из границ уездов. У полиции префектуры, у сил обороны — военные округи. У эстонской сети больниц нет ничего общего с уездами, а Департамент окружающей среды вообще поделил страну на три региона. При все более увеличивающемся количестве электронных услуг границы уездов полностью обессмысливаются. Так зачем прописывать в законе, что министерства ведут свою деятельность в уездах, если они этого не делают?

Нехай они сгинут

Действительно, есть еще структуры, основанные на принципе разделения по уездам. Например, в структуру фонда ”Капитал культуры Эстонии” по-прежнему входит 15 уездных экспертных групп, которые при распределении дотации должны руководствоваться тем, в каких уездах ходатайствующие ведут свою деятельность. Если новые и более мощные самоуправления решат в пользу ведения добровольной совместной деятельности, к примеру, по принципу центров притяжения, а не согласно былым границам уездов, то уездный принцип от ”Капитала культуры” может совсем скоро приказать долго жить. Примеров отставания от времени наверняка найдется в каждой сфере деятельности публичной власти.

Если в представлении граждан уезд перестанет быть единицей с четкими границами, которую что-то или кто-то представляет и с которой гражданин делопроизводственно как-то связан, то есть риск, что вскоре уезд станет полузабытым понятием, а потом и вовсе исчезнет из оборота. Люди будут вести дела с городом или волостью, в ратуше или волостном правлении, но не в уезде или уездной управе. С границами уездов случится то же, что и с границами ливонских и эстляндских губерний, о былом существовании и местонахождении которых нам всем весной так забавно при помощи массового похода в честь столетия Эстонской Республики и напомнили.

В долгосрочной перспективе у понятия ”уезд” не будет даже такого будущего, как у мызы, которая когда-то была экономической и административной единицей с четкими границами. Сейчас же мы в основном называем мызой господскую усадьбу (отреставрированную или в развалинах) вместе с прилегающим к ней парком и осколками дворянских преданий. Тяжело себе представить, как когда-то в будущем мы с гордостью укажем в центре города на обветшалое административное здание, что смотри, мол, это развалины уезда, в котором правил всемогущий старейшина.

Да нехай они сгинут, эти уезды, если им суждено сгинуть. Однако разумно было бы довести дело разом до конца. Сейчас законодатели остановились на полпути. Лишившееся смысла понятие фигурирует еще во многих законах. Особенно же рельефно, например, в Законе о планировании, согласно которому одной из центральных тем продолжает оставаться уездное планирование.

Каков может быть смысл уездного планирования, к примеру, в Пылваском уезде, сократившемся до трех самоуправлений? А может, стоит заняться уездным планированием в Рапласком уезде, северная часть которого (когдатошние волости Харьюмаа) уже давно попали под сферу влияния Таллинна? В этом нет необходимости, но если того требует закон, то наверняка все будет.

А будет проведена пустая работа, потому как государственная центральная власть в очередной раз произвела лишь половину расчетов. С каким бы рвением не исполнялись законы, это не вернет нам уезды, как весна возвращает в Эстонию перелетных птиц. Уезды сгинули навсегда.

Uudiskirja Üleskutse