Каарел Таранд: о добре, зле и истине со страстностью эстонца

 (7)
KOHALIKU OMAVALITSUSE VOLIKOGU VALIMISED
Фото иллюстративноеFoto: Arno Mikkor

Стоит ли эстонским СМИ уделять слишком много внимания очередным выборам в соседней или дальней стране? Предвыборные гонки — как соревнования, однако стоит ли их освещать в жанре спортивного репортажа, словно это битвы высокооплачиваемых гладиаторов? Публицист Каарел Таранд пишет на страницах ”Учительской газеты”, что псевдострастность при освещении предвыборных баталий во Франции или США влияет на жизнь эстоноземельцев в той же мере, что и победа ”Реал Мадрида” над ”Атлетико Мадридом” или наоборот.

Чем экзотичнее страна, тем реже о ней пишут в эстонских СМИ. Чтобы это произошло, пишет Таранд, в Мексике должно как минимум произойти извержение вулкана, в Бангладеш наводнение должно унести 100 тысяч жизней, для Центральной Африки болевым порогом станет уже тысяча трупов, а для Франции или Швеции будет достаточно и пары-тройки гробов.

”Выборы в странах с укладом жизни, похожим на эстонский, также перестали быть в СМИ заурядными регулярными процедурами с целью выяснения предпочтений граждан, — отмечает публицист. — Какой бы исконной не была демократия, выборы сервируют нам как вопрос жизни и смерти или как уникальную в истории каждого государства борьбу добра со злом”.

По мнению Таранда, мода освещать предвыборные гонки как плохой фильм не является оригинальным изобретением средств массовой информации. ”Партии и политики сами нанимают режиссеров, которые все изощреннее пользуются быстро развивающимися (полит)технологиями, — констатирует он. — Несмотря на то, что базой для постановок по-прежнему служит история борьбы добра со злом, она стремительно меркнет на фоне спецэффектов, при помощи которых ту самую историю все больше и больше перчат ради поддержания чувств избирателей во взвинченном состоянии. Когда имеется технология, то ее и используют, оставляя СМИ роль подыгрывающего игрока”.

Степень страстности того или иного предвыборного спектакля определяет действующая в стране избирательная система, уверен Таранд. Так, например, в финальной фазе выборов в США или Франции состязаются только два кандидата, и потому кукловодам гораздо легче распределить роли героя и антигероя — второстепенных ролей в этом сценарии ведь нет!

Подобная практика навела публициста на мысль — может ли существовать только один и истинный путь развития общества, на который как нам, так и другим народам указали бы те, кто знает эту самую истину? ”Истину, которая, конечно же, опиралась бы на исследования и консенсусное мнение экспертов, — уточняет Таранд. — Если таковые путь и истина существуют, то, следовательно, ставить перед выбором недостаточно информированный народ — это безответственная игра с будущим общества, а потому выборы нужно отменить и при управлении страной использовать систему просвещенного абсолютизма. Однако, похоже, что об этом не мечтает ни одна из западных стран, включая те, в которых радикальные предпочтения не гарантируют успеха на выборах”.

Публицист призывает своих перевозбужденных от выборов в западных странах соотечественников быть последовательными — не быть просто сторонними комментаторами, а смело брать за шкирку и призывать к разуму, например, британцев, замысливших самоубийство при помощи Брекзита. Тем не менее, уверен Таранд, этого не случится, потому что после восстановления своей независимости эстонцы поняли на своей шкуре, что несмотря ни на какие предвыборные страшилки ни одной из правящих коалиций не удалось добиться кардинальных изменений.

”Курс развития немного корректируется то влево, то вправо, но лишь в мелочах, а возможный ущерб с лихвой компенсируется терапевтическим эффектом — он возникает потому, что предпочтения ни одной из групп интересов не оставляют надолго без внимания, — полагает автор мнения. — Нет причин считать, будто в свободных и демократичных западных обществах дела обстоят как-то по-другому. Так на чем же основываются смелые предвыборные заявления в эстонских СМИ, будто ”Франции было бы полезно…” или ”Великобритании было бы вредно…”? Да ни на чем! На неспособности отличить реальную жизнь от киношной”.