Эдгар Сависаар: я оказываю влияние на весь эстонский народ

 (37)
интервью
Edgar Savisaar Keskerakonna majas Toompeal
Edgar Savisaar Keskerakonna majas ToompealFoto: Sven Arbet

Эдгар Сависаар дал большое интервью Maaleht в бюро Центристской партии на Тоомпеа. Сависаар выглядел хорошо, отвечая на вопросы в свойственном ему стиле, будто долгой болезни и не было.

Человек вашего калибра снова баллотируется на свою должность — вы уверены в своей победе?

Рейтинг Центристской партии сейчас самый высокий. В то же время у большинства наших противников рейтинг падает. Между двумя последними конгрессами в партию вступила 1000 человек. Четвертые выборы подряд мы получаем абсолютное большинство в Таллинне.

Если у партии дела идут так хорошо, нет никаких причин менять председателя.

Многие люди не представляют себе Центристскую партию, которой не руководит Эдгар Сависаар, но никто из нас не вечен. Какие качества должны быть у человека, который сможет управлять партией после вас?

Вы правильно сказали, что никто из нас не вечен. Ни я, ни вы и ни кто-либо еще. К сожалению, это человеческая жизнь. Верю, что когда это время придет, центристы хорошо справятся с тем, кого выбрать своим председателем.

Какие качества должны быть у этого человека? Лидерские качества. Это самое важное.

Как выглядит ваш распорядок дня сейчас, когда вы — на сегодняшний момент — не являетесь мэром Таллинна?

Если вы считаете, что я не занимаюсь делами Таллинна, то это не совсем так. Я председатель Центристской партии, и бесспорно у Центристской партии очень влиятельные позиции в Таллинне.

Как вы занимаетесь делами Таллинна?

Дело ведь не в том, чтобы я не мог заниматься делами Таллинна. Дело в том, чтобы я не повлиял на свидетелей, как и было сказано.

По-моему, это абсурд. Я могу влиять на свидетелей или вообще на людей в любом направлении, если я этого хоть сколько-нибудь хочу. Если бы действительно беспокоились о том, повлияю я на кого-нибудь или нет, должны были бы меня посадить. Хотя я считаю, что и тогда бы я оказывал влияние на людей.

Это очень наивное представление, что это влияние оказывают с поста мэра. Ведь у нас может быть мэр-пустышка, а может быть и очень достойный мэр. Я считаю, что оказываю влияние на весь эстонский народ как Эдгар Сависаар. И на таллиннский народ тоже.

Подумайте о том, почему все-таки эти 5000 человек в один день пришли в Хундисильма. Я считаю, что именно потому, что они хотели выразить признание Сависаару.

То есть это не было частью вашей избирательной кампании на пост председателя партии?

Ой, если бы это было так просто.

У Кадри Симсон, как известно, нет такого места, такого хутора, куда могло бы прийти так много людей.

Но дело ведь не в хуторе. Дело в том, что я был на этом хуторе. я живу там, это мой дом. И люди хотели выразить признание. Жаль, что Кадри Симсон не было. Она могла бы прийти.

Говорят, с вашего хутора забрали всевозможные вещи, даже наличные деньги. КаПо их вернула?

Мои адвокаты занимаются этим делом. Но этот визит КаПо не был для меня сюрпризом. За мою политическую карьеру против меня заводили около 10 уголовных дел. Все они закончились ничем, и ни одно не дошло до суда.

Знаете, какое было первое уголовное дело? На самом деле, я узнал о нем несколько позже. Это было после 15 мая 1990-го, когда я позвал людей на помощь на Тоомпеа. Многие пришли. Тогда прокуратура посчитала, что на самом деле я подверг людей опасности и в этом смысле это было уголовное преступление.

Если бы тогда власть осталась у Москвы, то этому уголовному делу действительно был бы дан ход. Тогда они не успели этого сделать. Мне рассказал о деле тогдашний прокурор, Лео Урге.

Второй случай был пленочный скандал, там было возбуждено четыре уголовных дела. Я уже привык к этим делам. Может быть, это судьба политика в условиях плотной конкуренции.

О забранных из Хундисильма наличных деньгах рассказывают про-настоящему мистические истории. Что там было полмиллиона эстонских крон, и что деньги искали с помощью специально обученных собак.

У меня действительно побывали собаки. Но я должен вам признаться, что после того, как они во дворе оказались у мисок моих собак, их больше ничего не интересовало.

Деньги они не нашли?

Деньги они не нашли.

Как нашли деньги?

Там не нужно было искать. Все деньги были в ящике стола.

Действительно ли имеет по собой основания рассказ, что это были эстонские кроны?

Почему нет? Я очень хорошо помню кроны. У вас нет эстонских крон?

Одна наверное есть…

У меня немного больше. Что касается денег, то работники КаПо были очень сообразительными. Уже в постановление об обыске они внесли, что могут найти и наличные деньги.

Считаю, что они уже ранее несколько раз были у меня. Может быть, тогда, когда я был в больнице, может быть, в какое-то другое время. У меня на этот счет свое мнение, и я считаю, что я еще смогу это доказать. Но все это вопрос будущего.

После этого вы заявили, что чисты, как стекло?

Я и сейчас настаиваю на этом. Я прочитал этот материал, который был подозрением. Горуправа — конечно, без меня — ответила на это. Проработала все эти материалы. И считаю, что очень убедительно ответила.

Я предсказываю вам, что с этим рассказом, который в подозрении, КаПо не выступит. У них это дело просто развалится. Они либо должны выдумать что-то другое, либо отложат дело в долгий ящик. Этот последний вариант тоже возможен, так было во многих случаях.

На самом деле, у них есть время до местных выборов. Тогда попытаются выступить — это понятно. Потому что — почему я говорил, что за этим стоит IRL? Вспомним: Райво Аэг, который сейчас является депутатом от IRL на Тоомпеа, был одним из авторов скандала с церковными деньгами, может быть, основным автором. Позиция Арнольда Синисалу тоже широко известна. Мартин Арпо, нынешний заместитель генерального директора КаПо, в своем время баллотировался в списке Исамалийта в Тарту — правда, не получил ни одного голоса.

Я не очень хорошо понимаю, почему они все внесли свой вклад в партию, у которой всего 8% поддержки. Однажды они передумают. Что им еще остается.

Будет ли договор о сотрудничестве Центристской партии с Единой Россией поставлен на голосование на конгрессе?

Недавно в Москву ездила эстонская делегация. Они встречались и с Леонидом Слуцким, который является значимым деятелем в тамошней политике. У него спросили, с кем и как происходит сотрудничество в Таллинне. Кого вы цените в этом смысле?

Он сказал, что прежде всего ценят Партию реформ. Я считаю, что он не врал. Верю, что Партия реформ в политическом смысле бесспорно ближе к Единой России, чем мы.

Что касается того, будет ли это обсуждаться на конгрессе — сам я верю, что, скорее, на собрании партии. Этот документ одобрило собрание, и если давать ему дополнительную оценку — почему бы этого не сделать, прошло время — то это должно в первую очередь делать собрание.

Насколько большим сюрпризом для вас стало то, что дочь соседа по парте и ближайший соратник Кадри Симсон однажды вышла и сделала заявление? Что она сказала: Эдгар, я баллотируюсь против тебя?

Она старается не говорить, что баллотируется против меня, хотя по существу это так. Она говорит, что баллотируется рядом со мной. Эту линию начал еще Юри Ратас в свое время.

Кадри изменила свою позицию в трех вещах. Сначала она говорила о том, что основное — это моя болезнь и она хочет меня поддержать, чтобы справиться с болезнью. У нас было собрание председателей округа в Хундисильма, где многие люди посчитали, что это не совсем честный разговор. Тем более, что мое здоровье довольно быстро улучшается.

Она сказала там и в интервью Postimees, что это дело со здоровьем она больше не комментирует. Теперь она комментирует это только в русскоязычных СМИ, в эстоноязычных больше нет. Это одно изменение.

Во-вторых, ее позиция стала мягче. Обычно конкуренты лезут в бутылку и говорят, что твоя политика не подходит. В случае с Кадри нет ничего такого. Она как друг, который принял политическую установку. Но чем эта политическая установка отличается от моей, это я не очень хорошо понимаю.

В-третьих, Кадри в последнее время начала говорить, что она нигде не заявляла, что Центристская партия сразу попадет в правительство. Конечно, заявляла. Только если она даже не может обещать нам правительство, зачем она тогда вообще баллотируется?

Вы можете пообещать, что Центристская партия попадет в правительство?

Но я никогда этого не обещал. Я обещал, что мы пойдем в правительство в том случае, если мы продолжим там политику Центристской партии.

Почему в 28 номере газеты Kesknädal хвалили только вас и критиковали Кадри? Разве партийные СМИ не должны быть более сбалансированными?

Так же ведь и в Maaleht. Некоторых вы критикуете, некоторых хвалите, это вопрос ваших убеждений. У Kesknädal тоже свои убеждения. Kesknädal не должна быть таким изданием, которое очень внимательно следит за тем, чтобы пять строк было написано об одном и ровно пять о другом.

Насколько вы чувствуете себя одиноким после развода? Насколько большой удар это в действительности был?

Это был удар. Это был больший удар, чем вы представляете. Конечно, я глубоко переживал это и, может быть, даже переживаю до сих пор.

Айн Сеппик заявил в интервью Maaleht, что вы остались в партии в одиночестве, у вас нет команды.

Это был просто пропагандистский бред Сеппика. Ему кажется, что если самого Сеппика больше нет, то нет никого. Но в этом он ошибается. Если 5000 человек были у меня в гостях в день открытых дверей, то это показывает, что я не брошен и я не один. Скорее, наоборот. Я очень горжусь теми людьми, с которыми я общаюсь.

У Emor недавно был интересный опрос, где искали идеального мужчину Эстонии. Для эстонцев это был Мярт Аванди, русскоязычные жители назвали прежде всего Эдгара Сависаара и Владимира Путина. Вы довольны таким результатом?

Я думаю, что еще есть резервы. С Путиным я когда-то встречался здесь, в этом здании. Тогда, когда он работал у Анатолия Собчака в Петербурге. У меня даже есть фотография, где мы вместе спускаемся тут по лестнице. Бесспорно, он очень изменился, и я с ним больше не встречался. Но он был интересной личностью уже в то время.

Вы сами изменились? В какую сторону?

У меня одна нога. Это мое основное отличие от Кадри Симсон. Она может бегать по собраниям округов, как молодой олень.

Так ведь уже шутила Яна Тоом…

Но это правда. Я каждый день упражняюсь и тренируюсь. Вы не представляете, как это сложно, снова встать за ноги. Но я хочу справиться с этим.

А по характеру?

Почему вы думаете, что такие вещи не меняют характер? Конечно, меняют.

Крым принадлежит России или Украине?

Крым принадлежит тем, кто там живет, и это зависит от того, каково их мнение. Может быть, сегодня они считают, что Украине, а завтра будут считать, что России. По моему мнению, это дело, которое на самом деле не решают ни в Москве, ни в Киеве.

Спекулировали насчет того, что если русскоязычное население больше не будет видеть, что Центристская партия, как лев, отстаивает их интересы, будет создана какая-нибудь новая партия.

Центристская партия останется. Центристская партия будет и дальше стоять как за эстонцев, так за русских и за людей других национальностей, живущих в Эстонии.

Сколько военных беженцев должна принять Эстония?

Военных беженцев Эстония должна принять столько, сколько сможет. Однако прежде надо выяснить, действительно ли те, кто сюда приезжает, военные беженцы. Я согласен с утверждением, что сюда особенно не едут.

Мы ни климатически, ни финансово не входим в число тех стран, куда беженцы хотели бы приехать. Я не считаю, что проблема беженцев — это ключевое место в развитии Эстонии. Как вопрос беженцев, так и Закон о сожительстве — большей частью псевдопроблемы.

О них здорово говорить и ими можно хорошо разделять политиков, но я не считаю, что это самые важные для людей вопросы. Для людей важно то, хватает ли рабочих мест, сохранится ли школа или почтовая контора в их районе.

Как, по вашей оценке, Таави Рыйвас справился с должностью премьер-министра?

Мое мнение о нем не отличается от мнения эстонского народа. Я верю, что министра с таким низким рейтингом у нас не было. Если посмотреть спустя время, Андрус Ансип был на порядок более выдающейся звездой.

В то же время Таави Рыйвас сформировал уже второе правительство, однако вы больше не были премьер-министром с переломного времени 1990-х.

Это было другое время. Это было время, когда стоило быть премьер-министром. Z очень горжусь этим временем. Сейчас… я не особенно представляю себя премьер-министром.

Интервью полностью читайте в Maaleht.

Uudiskirja Üleskutse