Анна-Мария Галоян: многие прокуроры надеялись, что я сбегу

 (32)
интервью Delfi
Анна-Мария Галоян: многие прокуроры надеялись, что я сбегу
Foto: Ilmar Saabas

Анна-Мария Галоян, весеннее решение уездного суда в отношении которой Таллиннский окружной суд оставил неизменным, считает, что многие прокуроры надеялись, что она намерена сбежать. "Этого я не сделаю", - сказала Галоян Delfi. Галоян пойдет дальше в Государственный суд, и при необходимости - в Европейский суд по правам человека.

Каковы Ваши эмоции сегодня, спустя день после суда?

Я очень занята несколькими международными проектами, так что на эмоции особо времени не остается. Я реалист и не смотрю на жизнь сквозь розовые очки. Я доверяю как своему защитнику в Эстонии Свену Силларту, так и своим адвокатам, которые представляют меня на туманном Альбионе.

Готовы ли Вы отправиться в тюрьму?

Я могу сказать лишь одно: многие прокуроры, зная, что я отдыхаю в Южной Америке или Африке, надеялись, что я собираюсь сбежать. Этого я не сделаю.

Вам известно, когда Вы начнете нести наказание?

Сегодня этого никто не может/не должен знать, предстоит еще Государственный суд, и, при необходимости, Европейский суд по правам человека. Если кто-то скажет, что ему известна дата, то это доказало бы лишь то, что судебные решения были сделаны в политических кулуарах еще до того, как начался суд.

Считаете ли Вы, что в Эстонии Вам могут навредить из-за Вашей национальности?

Моя мать - армянка, а отец - смесь эстонцев и балтийских немцев. Я никогда не делала из этого тайны и не хотела бы верить, что, если бы я носила фамилию моего отца, то дела шли бы по-другому. Конечно, первый вопрос судьи Маргот Миклер в суде низшей инстанции был шокирующим, особенно для находившихся в зале британских и немецких журналистов, когда она спросила не о моем гражданстве, а о моей национальности. На мой вопрос, интересуют ли ее корни моих родителей или все же гражданство, судья, работавшая со времен СССР, конкретного ответа дать не смогла.

В данных ранее интервью Вы говорили о том, что к Вашей двери приносили траурные венки. Знаете ли Вы, кто это делал и зачем?

Так как раньше не было камер, мы не спешим кого-либо конкретно обвинять. Но определенные подозрения есть. В любом случае, человек оставил свою визитную карточку, которая не делает ему большой чести.

В венках было какое-либо письмо?

Нет, письма не было. Но я сама человек не суеверный, а верующий, и регулярно хожу в церковь.

Обращались ли Вы в полицию в связи с этими угрозами?

Еще нет, но я этого не исключаю. Также я обратилась в полицию из-за анонимного комментария, в котором есть прямые угрозы и попытка разжечь межнациональную рознь.