Аавиксоо — о переносе Бронзового солдата: изначально это планировалось сделать с уважением

 (278)
Аавиксоо — о переносе Бронзового солдата: изначально это планировалось сделать с уважением
Foto: Andres Putting

Перенос Бронзового солдата из центра Таллинна на Военное кладбище в ночь на 27 апреля 2007 года был вынужденным шагом; изначально правительство планировало осуществить перенос летом и с уважением, заявил в интервью русской редакции BNS министр образования и науки Яак Аавиксоо, который в апреле 2007 года возглавлял Министерство обороны.

"Я очень много думал на тему тех решений, которые тогда были приняты. Мы никогда не ставили перед собой цель разрушить этот памятник. По понятным причинам мы хотели перенести его из центра города на Военное кладбище, но с уважением, — вот это было нашей целью. Надо сказать, что формально мы этого добились, но, к сожалению, через конфликт и напряжение, которые по крайней мере я старался предотвратить", — отметил Аавиксоо.

По его словам, не все получилось сделать так, как хотелось. "Возможно, были приняты какие-то неправильные решения, может, нужно было снизить темпы или что-то другое, я не знаю. Но для меня самое главное, что это было предпринято и проведено с уважением к тем жертвам, которые Красная армия понесла во Второй мировой войне. Я знаю, что многие русские оскорблены этими действиями, но намерения людей, которые участвовали в процессе переноса, были честными".

"Мы знали весной 2007 года, какие события и напряжение имели место в 2006, 2005 и 2004 году, — росло напряжение вокруг Бронзового солдата. Приближалось 9 мая. Звучали высказывания, что новое правительство, которое вступило в должность 5 апреля, намерено перенести этот памятник. Планы были следующие: сначала провести раскопки, чтобы понять, с чем мы имеем дело. Мы не знали, сколько людей там похоронено и где конкретно, похоронен ли там кто-то вообще", — сказал Аавиксоо.

"В итоге захоронение оказалось совсем в другом месте — под троллейбусной остановкой. Было принято решение с моим участием, что для раскопок мы оградим эту территорию чтобы, во-первых, сделать возможными раскопки, во-вторых, — чтобы технически предотвратить повторение конфликта, произошедшего 9 мая предыдущего года", — пояснил он.

По словам министра, "мы понимали, что если сообщим, когда мы намерены оградить территорию, начнутся разные политические выступления, демонстрации, пикеты, будет проявлен международный интерес к этому и т.д. То есть это можно было сделать, лишь поставив общественность перед свершившимся фактом. Так мы и поступили. Операция была проведена довольно успешно, но, к сожалению, оценка обстановки не смогла предвидеть события, которые начались вечером".

"Никаких намерений переносить памятник этой ночью не было. Я пошел спать около 23 часов, когда мне позвонили и сообщили, что ситуация обострилась до такого уровня, что требуется провести ночное заседание правительства. Премьер-министр Андрус Ансип сказал тогда: сложилась обстановка, когда центр Таллинна разбит, у нас масштабный конфликт, подобный тем, которые мы пока видели лишь по телевизору. Это был шок не только для членов правительства, но и для всего населения страны. Политически неприемлемой была ситуация, при которой на утро единственным уцелевшим в Таллинне объектом остался бы Бронзовый солдат. В этом случае предпринять что-либо политически было бы уже невозможно. Я эту логику понимаю и разделяю", — отметил Аавиксоо.

"В итоге ночью было принято решение о переносе, и Министерство обороны организовало демонтаж, ну а дальше вы уже знаете. К сожалению, мы были вынуждены предпринять этот шаг, хотя и не хотели этого. Перенос должен был состояться летом, где-то в июле или августе, после раскопок, после обсуждений. Таковы были изначальные планы", — рассказал министр.

Отвечая на вопрос BNS, могла бы, на его взгляд, ситуация сложиться по-другому, если бы были услышаны обещания правительства, что перенос захоронения и памятника будет осуществлен с воинскими почестями, Аавиксоо сказал: "скажем так, — русскоязычное население неоднородно. Большинство русскоязычных жителей, думаю, имеет точно такие же интересы, как и эстонцы. Но есть и более радикальные группы, группировки, организации, которые в той или иной мере заинтересованы в организации конфликта, они участвовали в этом процессе в 2006 году".

"Может быть, да я даже уверен в этом, что если бы мы смогли все разъяснить большинству русскоязычного населения и построить более высокий уровень доверия, то, может быть, нам и удалось бы избежать такого конфликта. Но мы, возможно, больше опасались действий радикальных групп в связи с нашими шагами на Тынисмяги, и в итоге больше думали о них, а не о большинстве русскоязычного населения. Возможно, это была наша ошибка, потому что мы недооценили необходимость коммуникации с большинством русскоязычных жителей. Но у нас не было соответствующего опыта и было мало времени — 5 апреля начало работу новое правительство, а через три недели произошли эти события. Если бы было больше времени, каких-то шагов мы смогли бы избежать", — признал он.

Отвечая на вопрос, сбылись ли, по его оценке, звучавшие после смещения Бронзового солдата прогнозы, что перенос поставит крест на дальнейшей интеграции, министр сказал: "конечно, события 2007 года ударили по этому процессу, уровень доверия с обеих сторон снизился существенно, но я думаю, что к сегодняшнему дню мы этот спад преодолели. Хотя еще очень многое предстоит сделать".

"Иногда суверенитет требует четких и понятных решений, порой даже черно-белых. Хотя хочу подчеркнуть, что враждебности по отношению к русскоязычному населению не было тогда, нет ее и сегодня, такое, по-моему, в принципе невозможно. Если бы было иначе, то мы не жили бы сейчас в Эстонской Республике так, как живем сегодня. Стратегического конфликта я просто не чувствую, и думаю, что за шесть лет мы стали умнее и, может быть, спокойнее" — отметил он.

"Мы совершенно точно понимаем, что общих проблем у нас все больше — экономических, политических. К примеру, отчуждение от власти наблюдается со стороны всего населения. Считаю, что на сегодняшний день в вопросах взаимопонимания, интеграции, социально-экономической сфере и области образования мы оказались в плюсе по отношению к 2007 году", — подвел итог министр образования и науки Яак Аавиксоо.