А вы знали? В Ида-Таллиннской центральной больнице работает душепопечитель

 (9)
А вы знали? В Ида-Таллиннской центральной больнице работает душепопечитель
ITKH

Наверняка вам известно это чувство, когда вы видите человека, и еще до того, как вам удается познакомиться или даже перекинуться парой слов, понимаете, какой он замечательный и душевный. Именно так произошло, когда мне выпало ознакомиться с работой нашего душепопечителя.

Думаю, многие даже не знают, что в коллективе сестринской помощи Восточно-Таллиннской центральной больницы есть и душепопечитель. Название этой профессии говорит само за себя: важнейшая задача этого работника — быть доступным для пациентов клиники, слушать, говорить и доверять.

Рутти Прооза получила высшее теологическое образование — в 2008 году она окончила бакалавриат, а тремя годами позже получила степень магистра. Как сказала она сама, ее учеба длится всю жизнь. Одним из компонентов теологического образования было и душепопечение. К этой профессии Рутти привели полученные знания и жизненный опыт. ”Скажем так, если вы идете изучать теологию, то думаете не только о самосовершенствовании, но и о том, что делать после. Я поняла, что людям можно помогать и за пределами церкви, например, работая душепопечителем”, — рассказывает Рутти. Кроме того, она закончила спонсируемые Евросоюзом курсы капелланов, которые помогли ей лучше подготовиться к этой работе.

Из кураторов в душепопечители

До того, как в марте 2017 года прийти на работу в Восточно-Таллиннскую центральную больницу, Рутти работала куратором в попечительском доме в Валкла. ”Это была очень разнообразная работа, и я бы сказала, что, помимо всего прочего, я успевала быть для них и душепопечителем, выслушивать их”, — добавляет она.

Однако Рутти знала, что у нее есть возможность работать в более специфической должности душепопечителя, и хотела этим заниматься. ”Когда из клиники позвонили и пригласили меня на работу душепопечителем, я была к этому готова. Еще во время учебы я знала, что работа душепопечителя будет достаточно специфической и близкой моему сердцу”, — рассказала она.

Когда поступило это предложение, Рутти не стала долго раздумывать, ведь в сердце она уже приняла решение. В отличие от попечительского дома в Валкла, здесь, по словам Рутти, другая специфика — пожилые и, по большей части, прикованные к постели люди, которых очень радует уже то, что им есть с кем поговорить. Именно этим Рутти и занимается — ее рабочие дни проходят в беседах с пациентами.

”На самом деле, чтобы принести им радость и немного облегчить их жизнь здесь, требуется совсем немного. Не нужно прилагать больших усилий. Важно быть доступной для них, говорить с ними, выслушивать — зачастую это поднимает им настроение”, — объясняет Рутти свою любовь к профессии душепопечителя.

ITKH

Самые разнообразные темы

На работе Рутти носит белый халат, поэтому ее часто путают с врачом. ”Поскольку я посещаю пациентов, а не они меня, из-за белого халата меня часто принимают за врача. Тогда мне приходится объяснять, что я не врач, а душепопечитель. В ответ на это люди часто пугаются и говорят, что не ходят в церковь, и говорить с ними не нужно”, — улыбается Рутти и добавляет, что в контексте учреждения здравоохранения душепопечитель не обязательно означает священника. Люди говорят с ней на те темы, на которые хотят — если хотят, о религии, если хотят, о политике, а если вообще не хотят говорить, то не говорят.
”Обычно человек понемногу раскрывается и, в конце концов, начинает говорить сам. Иногда люди сразу говорят — как здорово, что вы пришли, мне очень не хватало душепопечителя”, — рассказывает Рутти. По ее словам, мужчины, особенно в начале, чаще всего относятся к ней немного скептически и избегают, но, в конце концов, обнаруживают, что обсуждают с ней спорт, политику или экономику — все, что в данный момент актуально.

С женщинами, как признается Рутти, бывает проще — берешь за руку, слушаешь и говоришь. ”Мужчины могут испугаться и спросить, что это значит — я что, умираю?” — смеется Рутти. Например, недавно в клинике был один пациент, с которым Рутти очень долго обсуждала русскую литературу. ”В каком бы направлении ни шел наш разговор, в итоге мы все равно переходили на русскую литературу и фильмы. Одновременно я с помощью Google искала на телефоне всякие даты, и так мы беседовали”, — рассказывает она.

ТОП

В конечном итоге, чтобы установить контакт с человеком, требуется терпение, иногда ожидание, зачастую поиск и попытки. Пациенты не всегда хотят общаться, и их не заставляют, но, например, недавно в клинику поступил один пациент в тяжелом состоянии, и врачи попросили Рутти подойти к нему. ”Он был в глубокой депрессии. Я приходила и садилась рядом, пробовала так и эдак, но ничего не получалось. В конце концов, он спросил, что я от него хочу. Я объяснила, что раз уж нам дан язык, слова и способность говорить, то в этом есть какой-то смысл. В скором времени обнаружилось, что он был экономическим аналитиком, и в итоге мы долго обсуждали экономику”, — привела Рутти пример.

Работа требует времени

Рутти работает каждый день, с 8 до 16 часов. За это время она не всегда успевает сделать полный круг по клинике, потому что пациентов много, и все они разные. Есть пациенты, которые находятся в клинике уже давно, и Рутти для них ”старая знакомая”, но есть и новые, с которыми приходится начинать с самого начала. ”Конечно, каждый день со всеми поговорить не успеваешь, да это и не нужно. Иной раз достаточно просто помахать рукой, проходя мимо. Но если просто каждый день спрашивать, как дела, это поверхностная работа. Лучше через определенные промежутки времени быть с пациентом столько, сколько ему нужно”, — объясняет душепопечитель.

Это не всегда легко. В клинике сестринского ухода лежит много людей, жизнь которых подходит к концу. Со многими из них за время пребывания в больнице устанавливается прочная связь. ”Иногда я знаю, что человек скоро уйдет из жизни. Иду в отделение и надеюсь, что еще успею, но выясняется, что он только что умер… Такие ситуации порой возникают неожиданно и могут оставить тяжелое чувство, — говорит Рутти.

Но не все дни бывают такими, и больше запоминаются радостные лица пациентов, когда я вхожу в палату”. В своей работе Рутти также слышит много шуток и интересных историй из жизни. ”Конечно, люди тяжело переносят болезни, но мне хорошо запомнилось, как одна 90-летняя женщина сказала, что тяжело быть старым и больным одновременно — чтобы болеть, нужно быть молодым, чтобы суметь перенести болезнь”, — улыбаясь, вспоминает Рутти.
Также Рутти вспомнила ситуацию, когда в больнице была одна женщина, которая восстанавливалась после перелома ноги, и у нее не было никаких хронических заболеваний. Рутти ходила беседовать с женщиной, и все было хорошо, пока на следующий день сестра отделения не сказала ей, что женщина начала беспокоиться. ”Она задумалась, почему к ней послали душепопечителя, и испугалась, что, наверное, у нее нашли какую-нибудь страшную болезнь. Ведь обычно в отделении активного лечения не бывает душепопечителя, и мой визит был для человека неожиданностью”.

Душепопечитель помогает всем

По мнению Рутти, душепопечитель должен быть спокойным и доброжелательным человеком, уметь слушать и сопереживать. Он должен хорошо уметь общаться, и у него должно быть желание помогать людям. ”То, что говорят душепопечителю, остается тайной. Иногда мне жалуются на что-то, и я спрашиваю — хотите, чтобы я рассказала об этом врачам или медсестрам? Но нет, люди не хотят. Они просто хотят, чтобы их выслушали”.

Душепопечитель не различает людей по убеждениям, вере или ее отсутствию. Он помогает всем, кому это нужно, и именно так, как нужно. Если спросить, видит ли Рутти себя в роли душепопечителя и через 2 — 3 года, она недолго думая ответит ”да”. ”Это те самые малые дела, когда ты приходишь, простым разговором с человеком поднимаешь ему настроение, и он благодарит за то, что ты пришла. А когда человек говорит: ”Мне приятно, что вы пришли” или ”Как хорошо, что вы есть”, это очень согревает мне сердце”, — добавляет в конце Рутти.