Нехватка рабочей силы, высокие зарплаты и цены, отсутствие сбережений: в экономике Эстонии запахло кризисом — когда грянет гром?

 (151)
Нехватка рабочей силы, высокие зарплаты и цены, отсутствие сбережений: в экономике Эстонии запахло кризисом — когда грянет гром?
Porto Franco

Хейти Хяэль, Вяйно Калдоя, Энн Вескимяги, Марье Йозинг и другие известные деятели экономики видят надвигающиеся на солнечное небо эстонской экономики кучевые облака, пишет Eesti Ekspress.

Norma изготавливает в Мустамяэ снаряжение безопасности для автомобильной промышленности. Руководитель предприятия Пеэп Сиймон признает, что в последние месяцы количество заказов заметно сократилось. "Ничего катастрофического нет, но признаки опасности есть", — говорит Сиймон.

"Какое-то застывание произошло. Тормоз начиная с лета, — подтверждает и владелец продающего автомобили Mercedes Silberauto Вяйно Калдоя. — Это нельзя назвать кризисом, но и не развитием. Это, скорее, застой".

На прошлой неделе исполнительный директор 1Partner Kinnisvara Мартин Вахтер сказал Ärileht, что видит первые признаки торможения роста цен на недвижимость, потому что количество сделок сокращается. В 2018 году совершили на 10% меньше сделок с недвижимостью, чем в 2017 году. До этого был рост.

На той же неделе 1Partner сделала другое заявление, где сообщила, что ни о каком падении рынка недвижимости говорить нельзя: хотя строительство здания на Якобсони, 13 еще толком не началось, половина квартир уже распродана. Прямо как в 2006-2007 годах.

Директор Института конъюнктуры Марье Йозинг беспокоится, что нехватка рабочей силы в строительстве может повлиять на качество. "Нельзя надеяться, чтобы с иностранной рабочей силой могли делать качественные вещи. Интерес потребителей к покупке был велик и в 2006-2007 годах. В 2006 году построили соседний с моим дом. Год спустя с его крыши упала труба. Труба должна держаться на доме сто лет! Это характеризует, как делают работу во время бума".

Исполнительный директор Estravel Анне Самлик говорит, что признаков кризиса не видно. Количество купивших туры на февраль и март, по сравнению с прошлым годом, выросло на 9%. Больше всего продается Египет. В то же время особо далеко в будущее не заглянуть, потому что туры покупают за более короткое время до них, чем раньше. Несколько лет назад покупали за шесть месяцев, теперь за два-три месяца.

Мебельный промышленник Энн Вескимяги видит бум прежде всего в массовой нехватке рабочей силы, которая продолжается уже долгое время. У Standard 2019 год покрыт заказами и договорами, но интуиция Вескимяги говорит, что какой-то тормоз будет. В Standard приходят на собеседования люди, у которых нет ни профессионального образования, ни умения работать с приборами, но зарплату они просят "заоблачную". "Самооценка людей пугающе высокая. Это признак хорошей жизни и бума".

Розничная торговля процветает, но исполняющий обязанности исполнительного директора Maxima Eesti Марко Пыдер подтверждает, что рост стал ощутимо умереннее. Главная причина этого — быстрый рост цен, который увеличил оборот Maxima, но уменьшил объемы продаж. Maxima взяла в прогнозах на будущее консервативную линию.

Мажоритарный собственник Alexela Хейти Хяэль говорит, что даже обеспокоен, потому что не видит проявлений приближающего кризиса. "По всем предположениями и экономическим циклам громадина должна скоро прийти, но не понимаю, с какой стороны она придет".

Если зарплаты растут быстрее, чем экономика в целом, это, по оценке Хяэля, приводит к сокращениям и росту безработицы на рабочих местах с более низкой зарплатой. "Если проиллюстрировать: в магазинах на место кассиров приходят автоматические кассы".

Запасы нефти в мире уменьшаются, производство нефти сворачивают, потребление растет — все это как будто должно вызывать рост цен. Но нет — цена на нефть в последние месяцы упала почти вполовину. Хяэль считает, что это не нормальное соотношение спроса и предложения, а необъяснимая аномалия. Прямо как была аномальная ситуация на рынке недвижимости десять лет назад: все получали кредиты, спрос искусственно задирали до потолка, пузырь лопнул. "Аномалии обычно заканчиваются взрывом".

По словам предпринимателя Райво Варе, в мире явное ожидание, что кризис будет: если не в 2019 году, то не позднее 2020 года. Но, очевидно, он придет не с большим взрывом, а с тихим и более долгим шипением. Банки ограничивают финансирование нового бизнеса и поднимают порог кредита. В то же время у них много денег. Если в экономике что-то "разорвется", банки в Эстонии перекроют денежные краны и здесь может в одночасье все измениться, считает Варе.

Варе говорит, что в его кругу знакомых откладывают более крупные покупки, например, приобретение нового дома. Он сам отказался от некоторых возможностей инвестирования. "Набираю жирок, чтобы если станет немного больнее и цены упадут, я смог вовремя купить".

Главный экономист Swedbank Тыну Мертсина указывает, что экономика Эстонии растет хорошо (в третьем квартале 2018 года на 4,2%), но рынки акций стали очень чувствительными. Декабрь был самым черным в биржевой истории США. В конце месяца произошел так называемый прыжок дохлой кошки — краткосрочный подъем после долговременного краха, и его трактовали оптимистично повышением рыночных цен, но опять последовало падение. Мертсина говорит, что средняя цена акций, по сравнению с прибылями предприятий, поднялась слишком высоко. Вдобавок во многих странах еврозоны финансы совсем не в порядке, долги только растут.

По утверждению Департамента статистики, экспорт Эстонии, по сравнению с 2017 годом, в октябре вырос на 17% и импорт — на 20%, но председатель правления крупной логистической фирмы DSV Transport Яан Лепп говорит, что в части обычных товаров картина не такая прекрасная. В последние три месяца количество посылок явно падает, особенно в части импортных товаров. Многие импортеры стали осторожнее, уменьшилось как общее количество посылок, так и размер средней посылки. "Признаки охлаждения экономики явно есть", — говорит Лепп.

Урмас Сыырумаа говорит, что слышит, как владельцы ресторанов и магазинов жалуются на уменьшение оборота. Услуги и товары просто слишком дорогие. "У туристов больше нет этого стимула, зачем сюда приезжать — в Эстонии не дешево отдыхать". Сам Сыырумаа как потребитель тоже стал экономнее? "Я сам никогда не разбрасывался тем, что могу купить все, что душа пожелает. Многие вещи и не нужны. Я ем еду, которая дешевле, чем стол некоторых других. Только что получил счет, и было приятно признать, что сосед ел намного более дорогую еду, чем я".

Экономия уменьшается, потому что цены настолько повысились, что люди не могут больше откладывать, отмечает и директор Института конъюнктуры Марье Йозинг. Цены повышаются, и люди с этим смирились. Йозинг исследовала в опросах потребителей, как справляются семьи. Хотя общий объем сбережений в Эстонии растет, опросы показывают, что во многих семьях никаких сбережений нет. Половина семей в Эстонии более-менее сводит концы с концами — сколько зарабатывают, столько и тратится. У 5-6% есть задолженности. Остальные способны откладывать. "В какой-то момент откладывающих было больше, чем сводящих концы с концами. Мы радовались, что Эстония следует тенденции Северных стран. Но теперь положение снова изменилось: сводящих концы с концами больше, чем откладывающих".

В эстонской промышленности чувство уверенности в будущем уменьшается. Производство дорожает, и с ним не выдерживают конкуренции. Причина подорожания в давлении зарплат. Жители Эстонии никогда не получали такой высокой средней зарплаты, как сейчас.

Работников мало. Тех, которые есть, нужно мотивировать более высокой зарплатой. Высокие зарплаты съедают прибыль фирм, что в свою очередь препятствует новым инвестициям. В наступившем году уже не стоит так храбро просить у начальства прибавку к зарплате.