Эстонский экономист: мы возвращаемся к старым проблемам

 (2)
Tallinna Börs
Tallinna BörsFoto: Ilmar Saabas

Мечтания тех, кто желает сделать этот мир лучше, могут быть по большому счету правильными, однако прийти к экологичному и человечному миру возможно все же только экономическим путем.

Мир возвращается к старым проблемам

На дворе становится теплее, коронавирус, по крайней мере сейчас, отступает, и люди могут вернуться к прежним проблемам. Конечно, все изменилось, и коронавирус оставил свой след в каждой области жизни — даже в сфере современного гражданского активизма в Facebook.

Под предводительством звезд соцсетей, а также более серьезных общественных деятелей, говорится о том, как коронакризис подарил нам возможность выйти за рамки капиталистического общества потребления, остановить потепление климата и создать новый, социально справедливый мировой порядок. На пути к великим целям страдают и некоторые экономические понятия, такие как валовой внутренний продукт (ВВП), экономический рост и производительность, которые не совпадают с целями построения нового и лучшего общества.

Читайте также:

На первый взгляд, с этими тезисами, казалось бы, не поспоришь — если только человек не мыслит экономическими категориями.

Валовой внутренний продукт не разрушает общество

Интересную точку зрения представляет собой критика, касающаяся ВВП и его роста и приравнивающая его ко всему злу, которое мы видим в современном обществе. Этот угол зрения сегодня особенно интересен в связи с исторической параллелью. А именно, ВВП как важнейший критерий состояния экономики вошел в обиход как раз во времена предыдущего крупного мирового кризиса, после II Мировой войны, чтобы служить мерилом восстановления экономики стран. Те, кто был у руля в то время, сегодня, вероятно, были бы очень удивлены, узнав, какие зловещие качества присваиваются этому показателю.

Если задуматься, валовой внутренний продукт представляет собой статистическую концепцию, которая, говоря простым языком, показывает стоимость, создаваемую членами общества в государстве. То, что эта стоимость является лишь материальной и наносит вред природе, не соответствует истине. За отсутствием лучшего критерия мы измеряем стоимость в деньгах, однако свой вклад в экономику вносят и образование, и медицина, и йога, и кристальная терапия. Между прочим, основным локомотивом экономического роста Эстонии 2019 года был IT-сектор, экологический след которого относительно скромен.

Парадоксальным образом многие услуги, в которых нуждается современное общество, имеют добавленную стоимость — к примеру, одежда, бытовая техника или любой другой вид физических благ общества потребления. Таким образом, валовой внутренний продукт не имеет цвета, запаха, мировоззрения и шкалы ”хорошо/плохо”, — это просто единица измерения, нечто, что мы создаем или потребляем, общая сумма коллективного поведения людей.

Новым понятием, которое, наряду с экономическим ростом, вызывает недовольство, является понятие производительности, значение которого с точки зрения экологии и гуманизма могло бы быть обратным, если мы сумеем меньшими силами и ресурсами создавать для общества больше стоимости.

Одной из причин неприязни к экономическому росту и производительности может быть тот факт, что ВВП государства хорошо коррелирует с экологическим следом его жителей. С другой стороны, нужно понять, что высокий уровень ВВП был достигнут во времена, когда защита окружающей среды не была необходимостью, и, как уже говорилось, рост потребления не означает безусловно растущего вреда окружающей среде. Набирающий популярность в мире термин ”peak stuff”, который выражает, прежде всего, понимание жителями более благополучных стран того, что все материальное, необходимое для жизни, у них есть. Однако при этом легко забыть, что для того, чтобы мечтать о новом сериале на Netflix и самодельном песто из черемши, а не о новом автомобиле, общество посредством того самого пресловутого экономического роста должно достичь очень высокого уровня ВВП.

Пустой звук моральных ориентиров

Отдельный вопрос: может ли вообще у богатого жителя западного мира возникнуть моральное право попрекать остальной мир чрезмерным потреблением? Высший пример цинизма из самой жизни — когда знакомый из Facebook, который до сих пор каждый месяц постил фотографии из путешествий, вдруг начинает говорить о потеплении климата и чрезмерном потреблении, выставляя соответствующие петиции и заявления. Даже если богатый гражданин западного мира откажется от благ цивилизации, он уже успел их получить и насладиться ими.

Очень трудно было бы объяснить бессмысленность личного автомобиля или полета на самолете кому-то, чья зарплата ниже медианы по Эстонии, не говоря уже о жителе Пакистана или Бангладеша. Для того, чтобы достичь уровня общества ”peak-stuff”, нужно обладать этим ”stuff”-ом. Кроме того — хотя у нас может быть свое субъективное мнение, сколько и каких услуг и продуктов люди должны потреблять, оно остается лишь нашим субъективным мнением.

Светлое будущее возможно

Если бы в будущем мечты все богачи мира разом перепрыгнули из автомобиля на велосипед, снашивали одежду в лохмотья и ели только выращенные на собственном дворе яйца, нынешний экономический спад, обусловленный коронакризисом, показался бы шуткой.

Жизнь в мире улучшается только при условии растущей экономики. Это означает, что мы не достигли бы более экологичного мира. Последние десятилетия принесли мощные изменения в налогообложении вреда окружающей среде, новые сберегающие технологии, оказали влияние на потребительские привычки людей. Этот тренд не изменится, однако в условиях ограниченных ресурсов мир приходит к решениям, основанным по-прежнему на экономических принципах, а не на злом утопизме соцсетей.