— Для многих женщин день рождения — грустный праздник. Особенно после тридцати. Как вы относитесь к серьезной и "круглой" дате — 35?

— Я не считаю, что 35 — серьезная дата. Вот Майя Плисецкая отмечала 85 лет в Париже — это серьезная дата. Думается про другое: месяц назад у меня концерт прошел в Кремле. Это такое шоу было! Новый этап в моей жизни. Так что 35 — начало новой карьеры. Я считаю, что классический балет — для молоденьких девочек, и для меня он в прошлом. Сейчас — новый рывок. Мне есть что делать, и никогда не было никакой ностальгии или грусти по ушедшим годам.

— Помните ли вы свои детские дни рождения?

— Они отмечались достаточно скромно. Всегда дома и всегда скучно. Особенно запомнилось десятилетие. Папа подарил мне кота Маркиза, который прожил потом с нами 18 лет. Я о нем мечтала, это было прекрасное белое создание с голубыми глазами. Кот, правда, был глухой от природы, но об этом мы узнали не сразу. Сейчас я люблю шумные праздники и много внимания, ведь в детстве мне этого не хватало. Возможности не было — родители были не так богаты. С одноклассницами я никогда не праздновала, у меня подруг по жизни вообще мало. Мое 16-летие отмечали в балетном зимнем лагере, в Комарове. Мама привезла бутылку шампанского, мы ее выпили на 10 человек. Вот и весь праздник.

— Всех удивила ваша откровенная фотосессия на Мальдивах. Как вы это придумали?

— А сделала я это потому, что отдыхала на маленьком острове, где могла себе позволить плавать в трусиках и без них. И после того как моя мама выловила из кустов некоего мужчину с фотоаппаратом, караулившего меня, а я заставила его стереть снимки… В общем, я была крайне возмущена. Зачем, добрые люди, вы меня вылавливаете, а потом разглядываете снимки ужасного качества, где я с перекошенным лицом? Вы хотите видеть — смотрите, какая у меня грудь. Может, заткнутся наконец-то те, кто говорит, что она ненастоящая. Просто от такой внутренней истерики я это и сделала. И знаете, что меня потрясло? Когда я обнародовала фото с концерта, написав, как это было здорово и классно, никто и ухом не повел. А как только показала свое тело — накинулись. У нас люди в стране умом совсем деградировали.

— Звезду Венской оперы Карину Саркисову уволили за то, что она снялась обнаженной для журнала. А вы не боялись чьих-то козней и народного неодобрения?

— Ничего я не боялась. Сегодня меня ниоткуда нельзя уволить. Думаю, и со сцены России трудно будет убрать. Что касается Карины Саркисовой, я знаю ее лично. А директор Венской оперы поступил как идиот. Ведь она не на сцену вышла и станцевала голой, она снялась для журнала, это ее частная жизнь. И вообще, нынче директора театров ведут себя как кукловоды. Я это все проходила в Большом — тоже не хотела быть игрушкой в руках руководителя. Поэтому сегодня у меня свое шоу и своя концертная программа. Честно скажу: меня даже общественное мнение не очень интересует. Потому что я могу с прежней силой открыто танцевать, разговаривать о политике и высказывать свою позицию. Ведь она у меня есть. Человеческая и гражданская. Я не занимаюсь проституцией и не болтаюсь как г**но в проруби (а у нас это принято и в политике, и в жизни). Я могу свое тело показать, что тут такого?! Почему-то, когда я занимаюсь общественной деятельностью, людей это не интересует. Это мой стеб был над теми лошками, которые меня пытаются сейчас осудить и в чем-то обвинить. Я поняла в жизни одно: или ты следуешь тем вердиктам, которые устанавливает общество, или устанавливаешь их сама. А что до фотосессии — я смеюсь над тем, что происходит.

Полная версия интервью — в еженедельнике "МК-Эстония".