Сколько осталось Национальной библиотеке?

 (17)

Eesti Post надеется продать здание главпочтамта на международных торгах. Желающему приобрести памятник эстонской советской архитектуры придется смириться не только с начальной стоимостью в 200 миллионов крон. Принципиальная позиция городских властей, считающих недопустимым снос строения, идет вразрез как с чаяниями потенциальных покупателей, так и с мнением архитектора самого здания.

"Очевидно, что большое количество советских построек придется или основательно перестроить, или вообще снести, — убежден архитектор Райне Карп, по проекту которого был построен главпочтамт. — По всей Эстонии стоят совхозные здания. В нынешнем виде им сложно найти применение. В ближайшие два десятилетия предстоит снести множество подобных строений". Это означает по крайней мере то, что совсем без работы наши строители не останутся. Тем более, когда на горизонте показался столь заманчивый подарочек, как большое, но совершенно неэффективно используемое в последнее время почтовое здание в центре города.

Впрочем, сам Карп не уверен, что строительные компании пуще всех остальных заинтересованы в перестройке, если не сносе такого объекта. Если мы хотим привести центральную часть города в сколько-нибудь приличное состояние, у нас просто не остается других вариантов, считает архитектор. Защищать здание как некую историческую ценность, по его мнению, не имеет смысла: "Не знаю, сможете ли вы это понять, но речь идет о том периоде нашей истории, о котором каждый эстонец хотел бы забыть. Каждый хотел бы, чтобы его и в помине не было". Карп не удивился, когда люди заговорили о том, что центр "Сакала" — советская постройка времен Вайно, и поэтому ее следовало бы убрать с глаз долой.

"Гораздо проще расчистить площадку"

По проекту Райне Карпа, помимо главпочтамта, был построен и "Сакала кескус" — возможно, наиболее качественное здание из возведенных в советское время, как считает сам архитектор. Если не считать гостиницы "Виру", построенной финнами. Карп до сих пор уверен, что можно было не сносить здание центра, а развивать квартал, где оно расположено. "Тот самый фасад со стороны театра Эстония, который все так раскритиковали, не был ведь задуман как фасад. К нему должны были пристраиваться дополнительные корпуса". Центр "Сакала" сносили, как известно, еще и ради того, чтобы получить в итоге концертный зал на 1800 мест, а не на 1300, как было раньше. "В принципе, увеличить вместимость главного зала было нетрудно. Юхан Кивиряхк как-то хорошо сказал, что наша самая большая проблема в том, что дураков много. Так и есть".

С другой стороны, то, что защитникам "Сакала" удалось отстоять башню, оказывается, неправильно с архитектурной точки зрения — башня будет мешать внутренней логистике новых помещений, считает Карп. Эта самая логистика, кстати, угрожает стать самой большой проблемой в случае перестройки почтамта, спроектированного в качестве монофункционального здания. "Сохранение прежнего облика здания в любом случае обойдется бессмысленно дорого. Гораздо проще расчистить площадку", — сказал Карп.

Городские власти тем не менее не склонны считать пресловутый сакалаский прецедент прецедентом. Вице-мэр столицы Таави Аас полагает, что эмоции, в отличие от любых конструктивных предложений — не аргумент при обсуждении планировки, имеющей силу закона. "Здесь нет монополии на истину, — убежден Аас. — В каждом случае привлекаются десятки специалистов, чиновников и лидеров общественного мнения".

В принципе, уложиться в действующие рамки детальной планировки участка — не проблема, объясняет Райне Карп: "Технологически возможно все — даже пирамиду построить вершиной вниз. Вопрос в том, сколько это будет стоить. В нынешней ситуации дешевле построить новое здание". К слову, сам архитектор вполне спокойно относится к тому, что очередное его детище имеет все шансы рано или поздно встретиться с бульдозерами-экскаваторами: "В мире постоянно что-нибудь да сносят. Исчезла одна из лучших работ лучшего, на мой взгляд, в мире архитектора — токийская гостиница "Империал" Фрэнка Ллойда Райта. Бизнес потребовал, и никто ничего не смог поделать".

Карп считает, что горожанам стоит бояться не "брюсселизации" Таллинна, но снижения уровня эстонской архитектуры вообще: если архитектор не спроектирует страшную стеклянную коробку, ее никто и не построит. "В последние двадцать лет среди преподавателей Академии художеств не было профессионалов экстра-класса. Это сразу видно, если посмотреть на улицы города. В каком-то смысле об этом свидетельствует и Viru Keskus. Не могу объяснить, как здание должно выглядеть. Это на уровне размышлений над тем, какой должна быть музыка, чтобы ее было приятно слушать. Дело в наличии вкуса. Поневоле задумаешься, глядя на современные здания, — почему какие-то торговцы недвижимостью имеют лучшее, чем у премьер-министра, бюро?"

Корпус D эстонского Шпеера

Райне Карп известен еще и как автор проекта здания Национальной библиотеки. Совпадение? Если нет — сколько, в таком случае, осталось библиотеке стоять на своем месте? В возможность повторения сакалаского, а теперь, в случае пересмотра планировки (чего, впрочем, в горуправе по-прежнему не допускают) и главпочтамтского сценария Карп не верит: "Сфабриковать основания для сноса Национальной библиотеки, думаю, все же сложнее. Тому, кто решится сносить и это здание, предстоит подумать предварительно о том, где разместить те пять миллионов книг, что там хранятся".

К тому же не факт, что здесь сработали бы аргументы вроде: "Советское нужно сносить". — "Мы же фашисты, так ведь? — иронизирует Карп. Национальную библиотеку в этом смысле даже среди эстонцев заклеймили как пример архитектуры Муссолини. Почему — не знаю. Наверное, из-за того, что это массивное, монументальное сооружение напоминает людям то, что строили в эпоху Муссолини, Гитлера. Меня мои эстонские коллеги так и называют — эстонский Шпеер", — усмехается архитектор.

Директор по хозяйственной части национальной библиотеки Мати Кибин рассказал "ДД", что никаких оснований для изменения внешнего облика здания библиотеки нет, а серьезного ремонта требует лишь корпус D, который расположен на улице Эндла. Внешне он отличается от основного здания. С фасада корпуса уже осыпается штукатурка, что обусловлено низким качеством строительства в то время. Часть работ в ближайшем будущем будет связана с обеспечением микроклимата в хранилищах и залах библиотеки, что, однако, не требует перестройки самого здания. "Все зависит от тех, кто принимает решения. Если в будущем выяснится, что здание не выполняет своих нынешних задач — национальной библиотеки и культурного центра, — его могут продать частному инвестору или построить взамен новое, соответствующее изменившимся требованиям, — признал Кибин. — Естественно, частные интересы при застройке центральной части города сталкиваются с общественными. Побеждает, как правило, сильнейший". Что нужно сделать, чтобы не дать одержать верх в этом противостоянии той самой глупости, на которую ссылался Кивиряхк, — вопрос открытый.