Секрет долголетия

 (7)

Накануне юбилея с Героем Социалистического труда Павлином Ивановичем Патушиным встретилась корреспондент "Пярнуского Экспресса" Татьяна Ильина.

Родился Павлин на берегу Волги — в деревне Рыбницы Ярославской области. Когда мальчику исполнилось 9 лет, он нанялся извозчиком к богатому крестьянину. Три года он выполнял поручения хозяина, а в конце 20-х годов в тех местах началась коллективизация, и семья Патушиных вступила в колхоз.

 — Был я простым колхозником, — вспоминает Павлин Иванович. — Механизации еще никакой не было, все делалось вручную, а потому рабочие руки были нужны.

До 1938 года Павлин трудился в колхозе, а потом его призвали в армию. Попал он в пограничные войска и служил на границе с Финляндией. Что всегда отличало Патушина, так это прилежание и дисциплина: что поручено — надо выполнить, да не "лишь бы, как бы", а как следует. За хорошую службу в декабре 1939 года солдату обещали дать отпуск, чтобы смог он съездить домой, родителей навестить, но в ноябре начались военные действия. Осенью 1941 года подходило время окончания службы, а летом снова началась война. Так и получилось, что солдат срочной службы пробыл в армии долгих 8 лет.

 — Всю войну я находился на Карельском фронте, а в декабре 1944 года оказался в Эстонии, — рассказывает Павлин Иванович. — Нас отправили сюда восстанавливать народное хозяйство. Прибыли в Таллинн, а оттуда по узкоколейке — в Пярну. Первую ночь мы провели в здании Грязелечебницы. Нам привезли солому, разбросали ее по полу прямо в вестибюле и коридорах, и мы уснули, страшно уставшие с дороги.

Уже на следующий день поселили их на Купальной улице (Супелузе) в доме номер 10. Через некоторое время перевели на улицу Николай, 7 (сейчас здание бизнес-центра), а к весне 1945 года — на ул. Кунинга, 15. Сержант Патушин был дежурным по части, когда 9 мая в 4 часа утра раздался звонок и сообщили, что война закончилась. Так он встретил Победу. Но служба продолжалась еще год: только в июле 1946 года Павлин Иванович возвратился в родную деревню.


Партийное поручение

 — Приехал я в хорошее время, — говорит Павлин Иванович, — на улице тепло, по вечерам молодежь на танцы собирается. Девчат красивых кругом полно, но мои сердце и мысли занимала одна Стеша.

Со Степанидой Максимовной Павлин познакомился в Пярну. Жила она здесь с матерью и родственниками, а в воинской части работала прачкой. И уж очень приглянулась девушка ярославскому пареньку, так, что и вдалеке от нее он себе места не находил. Написал Патушин письмо в Эстонию, что скучает, дескать, и жить без нее не может, но девушка не поверила в серьезность чувств. Тогда он отбил телеграмму: "Выезжаю, встречай!" — отправился за невестой в Пярну и привез ее к своим родным. Теперь у Павлина была семья, и он с еще большим усердием взялся за работу.

Колхоз к тому времени разросся, разбогател: уже в 1948 году считался миллионером. Было в нем 4 животноводческие фермы — хозяйство большое. Председателем колхоза была Любовь Николаевна Гунина — женщина заслуженная и умная. И однажды пришла ей в голову мысль: зачем нужны заведующие на каждой ферме? Почему не заменить их бригадирами, а руководство сделать общим? С этой своей идеей отправилась председатель в райком партии. И там же на должность нового заведующего предложила назначить Павлина Патушина.

Он об этом ни сном ни духом не ведал, а потому был страшно удивлен, когда его вызвали на бюро райкома. Вроде "песочить" не за что, так зачем же тогда начальство вызывает? А когда узнал, стал отказываться: "Я, товарищи, никогда с людьми не работал, а здесь сразу сто человек. Нет, не могу я!" Но секретарь райкома не стал слушать объяснения и стенания.

 — Вы коммунист? — спросил он.

 — Да.

 — А раз так, то считайте это партийным поручением.

Куда денешься при такой постановке вопроса?

Но не зря говорят: "Глаза боятся, а руки делают". Сумел справиться с поручением и Патушин.

ТОП

 — У нас в колхозе выращивали коров знаменитой ярославской породы. Они отличаются тем, что дают много молока — до 50 литров в день. Причем при базовой жирности 3% у нас она достигала 4%, — рассказывает бывший животновод. — К нам в колхоз даже датчане за опытом приезжали: у них удои-то вроде большие были, а вот жирность не выше 2%. Мы же своим буренкам и уход организовали прекрасный, и питание. Дойка скота уже тогда была механизированной. В рацион входило не только сено, но и комбикорм, жмых, турнепс. В результате в 1949 году побили все рекорды по надоям. Тогда самый большой надой в СССР был 1800-2000 литров в год с одной коровы, а наши подопечные дали в среднем 4860 литров. За это достижение в 1950 году сразу шесть членов колхоза были удостоены звания Героя Социалистического труда: председатель, заведующий животноводством (это я), доярки, пастух и ветфельдшер.

Казалось бы, почивай себе на лаврах! Патушин был назначен заместителем председателя колхоза, а потом и председателем сельсовета. Но эта карьера его не интересовала, а вот к технике очень тянуло. Оставил Павлин Иванович столь успешную деятельность и пошел учиться в механическое училище.


Целина

Осенью 1954 года учеба заканчивалась. И тут в училище пришло письмо с просьбой отправить 700 механизаторов на целину. Записался Патушин добровольцем, а потом пошел домой, жене сообщать о предстоящем переезде. "Никуда не поеду и тебя не пущу!" — заявила она.

 — Ну, как ей было сказать, что уже записался, обещание дал, — говорит Павлин Иванович. — Сам понимаю, что не просто с тремя детьми малыми место жительства менять. Да и председатель колхоза не хотела отпускать. В общем, жену с трудом убедил, посевную закончил и поехал. Сначала сам, потому что ни МТС, ни жилые дома на целине еще построены не были. Но через некоторое время вернулся в деревню и забрал жену с детьми. В городе Джаркент Талды-Курганской области проработали полтора года. И "финские" домики сами себе строили, ведь собирались навсегда там остаться.

Но не получилось. Павлин Иванович серьезно заболел, и ВТЭК определила: надо менять климат. Незадолго до болезни Патушина как отличившегося в животноводстве хотели назначить заместителем председателя райисполкома по этой отрасли. И теперь, когда он вынужден был уезжать, обвиняли в трусости: побоялся ответственности. Только заключение ВТЭК спасло.

А куда ехать? Вся родня в Ярославле, но возвращаться туда не хотелось: как уговаривали не уезжать, а он на всех рукой махнул, не прислушался к советам земляков. Можно было бы рвануть на Дальний Восток к дяде, который постоянно приглашал племянника к себе, обещая устроить и работу, и квартиру. Но тут свое твердое слово сказала Степанида Максимовна: "Мало того, что ты нас на целину затащил, так теперь вообще к черту на кулички зовешь. Нет, поедем в Эстонию, к моим родным!"


Снова Пярну

Так во второй раз Павлин Иванович оказался в Пярну. Шел 1956 год, кругом велось строительство, и он устроился на работу в стройуправление. О том, что он — Герой Социалистического Труда, не говорил никому. Узнали только, когда на партийный учет вставал.

– Из техники в стройуправлении тогда только один трактор был. Естественно, мне он не достался, — рассказывает Патушин. — Пошел грузчиком, потом как человека, знакомого с техникой, поставили кочегаром. А еще позже послали учиться на экскаваторщика.

По этой специальности он и работал много лет.

 — Представляете, ведь я уже 30 лет пенсию получаю! — смеется Павлин Иванович.

Но это вовсе не означает, что сидел он все эти годы дома. Сыновья к тому времени выросли, выучились, женились, а жили все в одной квартире. Получить новое жилье было невозможно. И тут Павлину Ивановичу предложили работать дворником и кочегаром на правительственной даче, что находилась на бульваре Мере. Зарплата была — всего 110 рублей, тогда как экскаваторщиком он зарабатывал до 250 рублей в месяц. Но дворнику полагался маленький двухкомнатный домик на территории дачи. Уговорил жену и перебрался туда.

В те годы многие с удивлением заглядывались на участок той дачи. Если большинство хозяев землю возле дома старались превратить в огород, здесь газоны поражали чистотой и ухоженностью. И не удивительно: у Патушина была единственная в то время в городе газонокосилка, которая вкупе с добросовестностью дворника творила чудеса.

 — Мимо дачи каждый день проходил директор турбазы Иван Васильевич Пронюшкин, — вспоминает Павлин Иванович. — Однажды он решился спросить у меня, не могу ли я около турбазы траву скосить. Время было — сделал. А он и предложил пойти в турбазу на работу, по совместительству.

Через какое-то время история повторилась с санаторием "Тервис", руководители которого ежедневно проходили мимо турбазы и завидовали чистоте и ухоженности участка.


Признание

 — У нас в семье долгожителей не было, я так и не могу поверить, что прожил уже 90 лет, — рассуждает Павлин Иванович. — У меня не только дети, а и внуки — взрослые, правнуки подрастают. И все они в один голос говорят мне: "Чего тебе не хватает? Зачем на работу ходишь?"

Привык Патушин работать. Ведь за свой почти 80-летний рабочий стаж он ни разу не опоздал на работу. Сотрудники отеля "Весироос", где еще совсем недавно Павлин Иванович был завскладом, дворником, утверждают, что не видели нигде такого исполнительного, ответственного и контактного работника: и посоветоваться с ним всегда можно, и пошутить.

Сам наш герой считает, что посильный труд — это главное лекарство от всех болезней. Говорит, бывает, утром проснется — руки болят и ноги ноют. Но на работу идет, а там, глядишь, как-то все само собой проходит.

 — И еще есть один секрет, — признался Павлин Иванович, — у меня самая чудесная на свете жена: она мне жизнь продлевает.

Uudiskirja Üleskutse