Беспредел: мелкий чиновник выломал дверь и отобрал у матери детей

 (68)

Примерно в половине восьмого вечера воскресенья в редакции раздался звонок: "Здравствуйте, это Светлана Фролова, полиция собирается сломать дверь в квартиру, чтобы забрать моих детей".

Документов нет, но "все согласовано"

Летом "Вести Дня" писали о том, что по ходатайству социального работника у матери пятерых детей Светланы забрали четверых из них и поместили в детский дом. Светлана надеялась оспорить это в суде, однако представители социальной службы не явились на заседание, так что судебный процесс завис до весны. Несмотря на отсутствие судебного решения, детей матери не отдавали, и вот она, не выдержав, сама забрала одного из них домой. В тот же день за детьми пришли.

"Они не показали мне никакого ордера, так что я даже не уверена, что это полиция", — продолжала Светлана. По другому телефону мы позвонили по номеру 110, и оператор, узнав, что это газета, связал нас с дежурным полиции по Харьюскому уезду.

"Мы в курсе того, что происходит, — сообщил он. — Это на самом деле полиция, так что волноваться ни к чему",

На вопрос о том, есть ли у пытающихся ворваться в квартиру Светланы стражей порядка ордер или какой-то другой оправдывающий их действия документ, дежурный ответить не сумел, сообщив лишь, что "все согласовано". С кем и когда, он говорить не захотел, предложив нам связаться с пресс-службой. Сделать это в такое время, конечно же, не удалось.

Дети спрятались в шкафу

Тем временем Светлана оставалась на связи: в трубке слышался грохот и истеричные детские крики.

"Они ломают дверь, — задыхаясь от волнения, поясняла Светлана. — Дети с испугу спрятались в шкафу".

Тем временем грохот прекратился: полицейские ворвались в квартиру. Детские крики не замолкали.

Мы попросили Светлану передать трубку кому-либо из полицейских или же социальному работнику, который также присутствовал на "операции", однако общаться с прессой никто не захотел.

Чуть позже социальный работник все же взял трубку, однако сообщил, что от нашего разговора вряд ли будет толк, поскольку тема деликатная, а он плохо говорит по-русски. Мы поинтересовались, как же в таком случае он общается с детьми Светланы, которые никакого языка, кроме русского, не знают. После этого социальный работник сообщил, что все происходящее является вполне законным, поскольку основано на решении мэрии города Локса, где проживает Светлана.

Полиция вроде и ни при чем

Наутро мы позвонили в социальный отдел мэрии Локса. Работник отдела Тийна Мурдвеэ сообщила нам, что все действия полиции производились по решению этого отдела, причем никаких документов на этот счет не имеется. "Фролова выкрала своего ребенка, и мы вынуждены были принять меры", — утверждает Мурдвеэ. По ее словам, в воскресенье вечером в течение часа со Светланой велись переговоры, и лишь потом было принято решение ломать дверь. "Мы же не знали, что происходит с детьми", — пояснила Мурдвеэ.

Пресс-служба Пыхьяской префектуры полиции сообщила, что 8 января работники полиции Ида-Харьюского отделения получили сообщение о том, что в Локса в квартире на ул. Папли может находиться 6-летний ребенок, самовольно привезенный матерью Светланой из детского дома в Хайба, куда тот был определен до решения суда вопроса установления опеки над детьми. (Ребенок был определен в детский дом решением Управы Харьюского уезда.) Прибывшие на место в 17:20 представители социальной службы неоднократно просили открыть им дверь, в чем им было отказано; в 19:00 было принято решение открыть дверь с помощью спасателей. Решение о проникновении в квартиру было принято сотрудницами Службы охраны детей Горуправы Локса, и осуществлено работниками Спасательного департамента. В сложившейся ситуации полиция обеспечивала охрану порядка.

Под шумок забрали последнего ребенка

Сама Светлана считает происходящее полным бредом: "Если меня подозревают в жестоком обращении с собственными детьми, почему полиция не возбуждает против меня уголовное дело? — спрашивает она. — У меня забрали детей на основании показаний каких-то психологов и социальных работников, однако они высказывали лишь предположения, доказать же что-либо может только суд, на который социальные работники не явились под тем предлогом, что у них сломалась машина".

Светлана добавляет, что в мае, когда социальная служба забирала ее детей, одна из дочерей была у бабушки и поэтому в детский приют не попала. Все это время Кристина жила с родителями, а в воскресенье вечером в приют забрали и ее. "Что, до этого времени социальные работники не считали, будто существует угроза здоровью моей дочери", — задает Светлана риторический вопрос.

"Я этого и боялась — они будут тянуть с судом, а мои дети тем временем — мучиться в приюте", — говорит Светлана, добавляя, что дети вечером в воскресенье вцепились в нее, дочь Настя кричала, что не хзочет в приют и ее там бьют, но социальные работники силой оторвали детей от матери и увезли.

Полицейские, по словам Светланы, действительно не ломали дверь, но ворвались в квартиру, заломали ей руки и, отказавшись предъявить удостоверения и ордер на обыск, рылись в шкафах и что-то искали.

Явное нарушение закона

Глава юридического бюро Marhena Татьяна Иким, которой мы описали происходившее в воскресенье вечером у Светланы, выразила недоумение тем фактом, что полиция врывается в частное жилище, не имея ордера или какого-либо другого оправдывающего подобные действия документа. "Вообще-то по закону действовать таким образом правоохранительные органы могут только в случае, если имеется непосредственная угроза жизни или здоровью людей, — отметила Иким. — Я не знаю, находились ли в такой ситуации дети Светланы".

Отсутствие же каких-либо документов, в которых было бы зафиксировано принятое социальной службой решение, Иким считает явным нарушением закона. "Что касается ответа полиции, то это любопытно: получается, что она была вроде бы и ни при чем, просто охраняли порядок, а при этом кто-то ломал двери в чужую квартиру, не предъявив никаких документов", — заключает Иким.

Информация

Светлана лишилась своих детей в мае прошлого года, когда социальный работник Мурдвеэ решила втайне от родителей забрать ребятишек в детский приют. Решение объяснялось тем, что Светлана якобы слишком мало обращает внимания на своих детей. Кроме того, полученные детьми Светланы в разное время травмы, которые Светлана называла случайными, социальный работник объяснял жестоким обращением со стороны родителей. Сама Светлана считает, что Мурдвеэ просто сводит с ней счеты, поскольку они не сошлись характерами. Светлана отмечает, что ее муж неплохо зарабатывает, они не пьют и не принимают наркотики, так что дети в семье чувствуют себя вполне комфортно. О том, что дети Светланы любят свою мать, говорят и соседи.