Ребенка забрали у матери и отдали отцу, потому что там — привычная для него обстановка

 (69)

Ребенка забрали у матери и отдали отцу, потому что там — привычная для него обстановка
Foto: Andres Putting

В последнее время все чаще и чаще отцы при разводе требуют, чтобы ребенок остался с ними. Мол, они сами будут о нем заботиться, его воспитывать, растить и так далее. И недавно суд вынес еще одно решение, согласно которому оставил ребенка от первого брака жить с отцом, хотя мама мальчика не страдает ни от каких опасных для развития мальчика зависимостей, воспитывает еще двух маленьких детей, работает и жильем обеспечена. Как так происходит, рассмотрим на примере реальной истории из жизни, пишет "МК Эстония".

Мария (здесь и далее все имена изменены) прожила со своим мужем Константином десять лет. В браке у них родились трое детей. За эти годы было много всякого, копилось недовольство, и в 2015 году семейная жизнь окончательно разладилась. Супруги решили пожить отдельно друг от друга — Константин взял старшего сына и пошел к своей маме. Мария осталась с двумя младшими детьми в их супружеской квартире.

”Старший всегда был любимчиком отца и свекрови, — отмечает Мария. — Мне казалось, что двое младших для них как бы не существовали”.

Неожиданный поворот

ТОП

Вскоре Константин вообще сообщил, что отныне старший будет жить только с ним и его мамой, а Мария может его лишь иногда навещать.

”Я была в шоке! Представляете, каково это было услышать матери, которая растила ребенка с рождения — что отныне его забирают, его будут воспитывать чужие люди, а она может его лишь навещать! — рассказывает Мария. — Муж — очень авторитарный человек, мое мнение для него никогда ничего не значило. Но я надеялась, что это временно”.

Прошло полтора месяца. Сын жил с отцом, двое младших детей — с Марией. Она бегала на работу, потом в садик забирать детей, оплачивала все расходы на них сама.

”Почти каждый день сын ходил к нам домой, и в один прекрасный момент мальчик спросил: ”Мам, а зачем мне идти к бабушке? Я же дома!” И тут меня осенило. Я собрала всех детей и уехала в Таллинн, где у меня живет мама. Перед этим я еще раз попыталась поговорить с мужем, но примирительный разговор не состоялся”.

Там, рассказывает Мария, она сразу сходила в соцотдел и объяснила сотрудникам службы защиты детей всю ситуацию. Устроила детей в садик и школу, сама нашла работу.

”Соцотдел Таллинна вскоре пришел и проверил, как мы живем, — отмечает Мария. — При этом я не запрещала детям видеться с отцом. Он попросил их взять на выходные — я согласилась”.

Она вспоминает тот день, когда в воскресенье вечером он привел двух младших и сказал, что старшего не отдаст.

”Мы стояли на вокзале, младшие плакали, я не знала, что делать и куда идти, было уже поздно. Утром детям надо в школу и садик…” — описывает ситуацию Мария.

Она позвонила в полицию, но так как бракоразводный процесс и дело, по которому рассматривали, с кем будут жить дети, были еще в самом разгаре, то помочь там ей не могли. Мол, еще нет решения суда.

”В соцопеке по месту жительства бывшего мужа тоже просто молча выслушали, но не стали звонить супругу и выяснять, почему он так поступил. Сказали, что ничем помочь не могут. Пришлось уехать ни с чем в Таллинн и уже там разбираться с адвокатами и таллиннской соцопекой”, — рассказывает Мария.

С того момента, добавляет мать, она нормально не видит ребенка.

”Адвокат мужа сработал идеально. Они быстро подсуетились, прогнав ребенка по психологам, которых я никогда в жизни не видела. Бывший муж сразу же оформил себе детское пособие и добился от меня выплаты алиментов. Через суд на меня повесили долг почти в 2000 евро — за то время, пока сын жил с отцом. Хотя изначально об этом речи даже не было, и говорили, что это временно”.

Мучительные обстоятельства

В итоге с осени 2015 года, отмечает Мария, не было ни месяца, ни даже недели спокойной жизни — все время были какие-то сюрпризы от бывшего мужа.

”Я живу в полном страхе и отчаянии, — чуть не плачет женщина. — Получается, это так легко отнять ребенка у матери. Несмотря на то, что она не пьет, не курит, не наркоманка, работает, дома порядок… Отец психологически поработал с ребенком, накрутил его перед посещениями психологов, наобещал подарков, игрушек и всего, чего только его душа пожелает. И суд вскоре решил, что ребенку лучше жить с отцом!”

Да, отмечает мать детей, сын успел с ней пожить в Таллинне только три недели, и еще, видимо, не успел адаптироваться. И когда его вернули в привычную среду, он обратно не захотел.

В итоге Мария полгода моталась с детьми между двумя городами, чтобы увидеть сына, а младшие — братика, которого они тоже очень любят. Но потом сломалась и вернулась обратно в город, с которым у нее связано столько неприятных воспоминаний.

”Все это неважно — лишь бы быть поближе к сыну! — говорит она. — Я сняла квартиру неподалеку, нашла работу. Мне его не дают, но по выходным я могу приходить в ту квартиру, где мы жили десять лет со своим мужем и где сейчас хозяйничает его новая жена. Но даже это неважно — я могу видеть ребенка только по два часа в день на неделе и на выходных — причем только в присутствии отца. Это ужасно!”

Любопытный аспект: Мария выяснила, что сотрудник соцотдела в том городе — супруга адвоката мужа.

”И тогда мне стало ясно, почему соцопека так стоит на том, что ребенку лучше быть с отцом!” — делится подозрениями Мария.

Ее также возмущает, что ребенку много раз внушали, что мать его украла и увезла в Таллинн.

”Хотя я никого не крала — я просто поняла, что жить так больше не могу и не хочу, собрала детей и вещи и уехала в Таллинн, — говорит Мария. — Я ни от кого не пряталась и не бегала, отцу с детьми видеться не запрещала. Почему они настраивают ребенка против меня?”

Не так давно Марии даже разрешили два раза взять сына к себе домой — но потом опять передумали, и возобновились встречи на территории ее бывшего мужа.

”Сейчас ситуация такова: я пашу, чтобы выплатить долг по алиментам, который на меня повесили, — рассказывает Мария. — Бывший тоже платит на двух младших алименты, но в ходе взаимозачета я получаю только 95 евро в месяц на двоих”.

Она говорит, что потихоньку восстанавливается после всего пережитого и пытается сделать так, чтобы хотя бы младшие не страдали от того, что они отцу не очень-то нужны.

”Я бы очень хотела больше общаться с сыном, но без присутствия его отца! Хочу брать его на выходные, чтобы мы снова были все вместе без кучи посторонних людей. И очень хочу, чтобы меня оставили в покое, и эта нервотрепка с судами и соц-отделами прекратилась”, — отмечает она.

Вырастет — сам решит

Мария считает, что это неправильно — делить детей. Ведь для младших это тоже большая травма — они каждый раз плачут, когда братик уходит. Но сил бороться у нее уже просто нет. И денег на суды — тоже нет.

Мотивация суда проста: ознакомившись с мнением соцотделов обоих городов и заключениями психологов, суд первой инстанции пришел к выводу, что ребенку лучше будет продолжать жить в городе, где он жил с рождения и где у него уже есть сформировавшийся круг общения. Поэтому ребенка оставили с отцом.

Мария утешает себя тем, что скоро сын подрастет и сам решит, где и с кем ему лучше. А пока она должна уделять внимание своим младшим, чтобы те не чувствовали себя брошенными.

”Я просто хочу рассказать свою историю, чтобы другие мамы тоже знали, как бывает”, — подытоживает она.

Оставить комментарий
либо комментировать анонимно
Публикуя комментарий, вы соглашаетесь с правилами
Транслит
Читать комментарии Читать комментарии