Общепринятого подхода к назначению компенсаций за моральный ущерб нет: сколько же можно получить?

 (2)
riigikogu
Foto: Andres Putting

В начале декабря суд вынес решение по делу медсестры Северо-Эстонской региональной больницы, по вине которой из-за ненужного переливания крови скончалась пожилая женщина. Родным умершей присудили 11 000 евро в качестве компенсации морального ущерба. Для кого-то это астрономическая сумма, другие сочтут ее ничтожной в сравнении с ценой человеческой жизни. ”МК-Эстония” узнала, от чего зависит сумма компенсации морального ущерба, в каких случаях можно ее требовать и почему компенсации в Эстонии значительно меньше, чем в других странах.

История с переливанием не той крови в больнице стала широко известна общественности осенью, когда начался судебный процесс. Само несчастье произошло еще прошлой зимой. Пациентке ожогового отделения 64-летней Эхе сделали переливание крови, которая предназначалась совершенно другому человеку и оказалась несовместимой с кровью пенсионерки. Как выяснилось позже, Эха вообще не нуждалась в переливании и после нескольких операций шла на поправку.

Медсестра Надежда Соосаар слишком поздно осознала свою ошибку, сделать ничего уже было нельзя. Проведенная процедура привела к неминуемой смерти пожилой женщины, и та умерла на глазах у врачей.

В итоге Надежда была признана судом виновной в причинении смерти по неосторожности и получила три года лишения свободы с трехгодичным испытательным сроком. Больница возместила родным погибшей материальный ущерб — расходы на похороны женщины, однако судом был признан и моральный ущерб в 11 000 евро, хотя родные требовали 60 000.

Цена жизни

Сумма, которую хотели получить родственники покойной, не такая уж большая, если говорить о мировой практике. В соседней Латвии за смерть по вине врачей могут выплатить 142 000 евро. Пока такого еще не случалось, но максимальная сумма все равно была довольно солидной — 106 000.

В России в 2012 году вообще произошел беспрецедентный случай — суд признал ошибку медиков, из-за которой во время родов ребенку был причинен тяжкий вред. Малыш родился с необратимыми повреждениями головного мозга и прожил два года. Суд вынес решение выплатить компенсацию морального вреда за врачебную ошибку 15 000 000 рублей (375 000 евро по курсу 2012 года — прим.ред.).

Определить, сколько стоит человеческая жизнь и здоровье, невозможно. Не существует прейскуранта, по которому за смерть в больнице полагается одна сумма, за смерть в ДТП другая, а за ножевое ранение или перелом третья. Поэтому в каждом конкретном случае суд выносит разные решения.

В 2014 году 35-летний Андрус Ярвик сбил на своем внедорожнике 14-летнюю Ханну-Мари. Водитель не остановился после того, как наехал на ребенка, чтобы оказать ему первую помощь и вызвать скорую, и скрылся с места преступления. Девочка скончалась, а Андрус в итоге отделался наказанием в виде лишения свободы на два года, из которых реально ему пришлось отсидеть пять месяцев. Именно такое решение вынес суд в начале этого года. Также водитель в качестве возмещения морального ущерба выплатил родителям 22 000 евро за смерть их ребенка. Это в два раза больше, чем возмещение, присужденное за гибель пожилой Эхи.

По словам руководителя отдела коммуникаций Госсуда Мерье Тальвик, максимальная компенсация нематериального ущерба, которая, согласно проведенному анализу, была присуждена в 2016 году в Эстонии, составляла 127 800 евро. Речь шла о ДТП, в результате которого погибли три человека. Обвиняемый признал свою вину и согласился выплатить эту сумму.

Такие разные суммы

Однако бывает, что суммы, назначаемые судом в качестве возмещения морального вреда, вызывают массу вопросов. Они могут сильно различаться при схожих, на первый взгляд, обстоятельствах или вообще никак не коррелироваться, по мнению общественности, с тяжестью преступления и нанесенного ущерба.

Так, например, однажды эстонский суд постановил выплатить в качестве компенсации морального вреда 1300 евро за царапины и синяки. А в другом случае за удар ножом в грудь, в результате которого у пострадавшего была повреждена околосердечная сумка, виновнику было присуждено выплатить на 100 евро меньше — 1200. Так неужели суд никак не опирается на уже вынесенные до этого решения, чтобы как-то сопоставлять назначаемые компенсации морального ущерба с причиненным вредом?

ТОП

”Размер компенсации — это взвешенное решение суда. Он не опирается в нем непосредственно на судебную практику, но может брать ее за основу, — отвечает руководитель отдела коммуникаций Государственного суда Мерье Тальвик. — Особенность также состоит в том, что в случае нематериального ущерба размер компенсации может быть оставлен на усмотрение суда, не выдвинут самостоятельно. Кроме того, многие криминальные дела разрешаются признанием вины. Это означает, что обвиняемый соглашается выплатить компенсацию, которую требует пострадавший. В подобных случаях суммы могут быть разными”.

Пресс-секретарь Министерства юстиции Кристин Раммус поясняет, что нематериальный ущерб в Эстонии подразумевает в основном боль или физические мучения, а также эмоциональные переживания. Таким образом, компенсацией морального вреда не погашаются, например, расходы на лечение. Это материальные потери, и за них присуждается компенсация, как за имущественный вред. Они могут основываться на прямом ущербе, то есть это непосредственные расходы, которые понес человек, к примеру, расходы на лекарства, или на косвенном. Например, это может быть недополученная за время лечения зарплата.

В Министерстве юстиции подчеркивают, что в Эстонии целью компенсации как имущественного, так и неимущественного ущерба не является наказание причинившего этот ущерб. Кроме того, моральный вред может быть причинен только физическому лицу, то есть человеку.

”При компенсации морального ущерба суд всегда учитывает конкретный случай. Например, как долго ситуация, которая причиняла мучения или боль, длилась, пытался ли виновник сгладить ее, каковы были действия самого потерпевшего, принимал ли он предложенную помощь или отказывался от нее”, — перечисляет Кристин Раммус.

В Министерстве юстиции подчеркивают, что в нашей стране суммы по сравнению с другими странами все-таки не маленькие.

”Компенсация ущерба всегда должна исходить из уровня благосостояния общества. Тем самым, если компенсации, которые немецкие суды в подобных ситуациях назначают, по своему объему больше, их надо сопоставлять с общим уровнем жизни, а не сравнивать в абсолютных суммах”, — поясняет Кристин Раммус и добавляет, что за вред здоровью назначенные судом компенсации очень схожи с компенсациями, выплачиваемыми страховыми фирмами.

1 евро — тоже хорошо

”Неимущественный вред — это прежде всего физическая и душевная боль и страдания потерпевшего лица, связанная с причинением ему противоправного вреда. Как для самих юристов, так и для суда не всегда просто выразить боль и страдания человека в виде четко определенной сумме денежного возмещения. В этих вопросах мы отталкиваемся от субъективной оценки самого потерпевшего и существующей практики Государственного суда”, — говорит юрист Данил Липатов, руководитель юридического бюро Progressor.

При этом, по словам юриста, Государственный суд в своих решениях неоднократно разъяснял, что размер компенсации за неимущественный вред не может рассматриваться как средство обогащения для потерпевшего. Скорее, это своеобразное извинение со стороны виновного лица, выраженное в денежном эквиваленте.

Данил Липатов объясняет, что каждый человек, требующий возмещения морального ущерба, запрашивает ту сумму, которую считает обоснованной. Юрист может в такой ситуации проанализировать ее с точки зрения существующей судебной практики и дать рекомендации клиенту. Но так как само понятие морального ущерба очень субъективно, последнее слово остается за самим пострадавшим.

”Как правило, люди хотят получить существенные деньги. Но, повторюсь, эта компенсация не может быть столь велика, чтобы она рассматривалась как обогащение. У нас не американская система правосудия, поэтому не стоит ожидать получения сотен тысяч евро за телесные повреждения. Так что, как правило, размер выплачиваемой компенсации меньше, чем та, на которую рассчитывает человек, обратившийся в суд”, — констатирует Данил Липатов.

Исходя из существующей практики, добавляет юрист, разумно размер возмещения, связанного с нематериальным вредом, оставлять на усмотрение самого суда.

”Используя такую формулу, мы приходим к тому, что даже если суд удовлетворит требование в размере одного евро, будет считаться, что наше требование удовлетворено в полном объеме и все процессуальные расходы будут возложены на проигравшую сторону”, — объясняет тонкости судебной системы Данил Липатов.
Подать в суд на суд

Присяжный адвокат Евгений Твердохлебов из Advokaadibüroo Vindex отмечает, что если моральный ущерб причинен при осуществлении государственной власти, то возможностей для его денежного возмещения больше. Такие дела за некоторым исключением рассматривает административный суд.

”Можно попытаться решить спор внесудебно, обратившись к самому органу, причинившему вред, или вышестоящему органу. Не всегда такой ущерб нужно компенсировать деньгами. Например, в случае необоснованно долгого уголовного процесса в некоторых случаях дело могут закрыть в качестве компенсации подозреваемому за слишком долгий процесс”, — объясняет присяжный адвокат.

Если же говорить о моральном ущербе, причиненном в отношениях между равноправными лицами, то есть не в связи с осуществлением государственной власти, то тут возможностей для денежного возмещения, по словам Евгения Твердохлебова, меньше.

”В таких отношениях возмещается только моральный ущерб, причиненный смертью, телесным повреждением, лишением свободы, болью. Хоть закон и предусматривает денежное возмещение в связи с нарушением личных прав, то есть когда речь идет о репутации, авторстве, чести и достоинстве, неприкосновенности личной жизни, но Госсуд неоднократно выражал мнение, что денежные возмещения в таких случаях положены только в исключительных обстоятельствах”, — обращает внимание присяжный адвокат.

Он приводит примеры, где денежная компенсация была присуждена, когда один известный архитектор назвал другого известного архитектора плагиатором, или случай, когда про полицейского сказали, что он коррупционер.

В договорных отношениях, по словам Твердохлебова, моральный ущерб возмещается, только если целью договора было предотвращение такого ущерба. Например, Госсуд указывал, что если врач поставит неправильный диагноз и назначит неправильное лечение, что причинит пациенту физические и душевные страдания, то в таких случаях можно требовать денежного возмещения морального вреда.

”Как ни странно, Госсуд неоднократно приходил к выводу, что возмещения морального вреда можно требовать и за неправильное прекращение трудового договора. Также за незаконное отключение зимой электроэнергии, если она была нужна для отопления и другой возможности жить в отапливаемой квартире не было”, — приводит ситуации присяжный адвокат.

Что касается размеров возмещения на практике, Евгений Твердохлебов говорит, что в 2014–2016 годах за нарушения личных прав взыскивались суммы от 100 до 10 000 евро, приблизительно такие же суммы взыскивались и за моральный ущерб, причиненный преступлением или проступком. Когда моральный ущерб причинялся в результате ДТП, то компенсации составляли от 5000 до 50 000 евро. За укус собаки взыскивали от 400 до 2000 евро. За причинение смерти — 20 000 евро. За убийство школьником своей учительницы выстрелом из пистолета — 10 000 евро. За избиение — от 300 до 5000 евро.

Tallinn Hockey weekend
Оставить комментарий
либо комментировать анонимно
Публикуя комментарий, вы соглашаетесь с правилами
Транслит
Читать комментарии Читать комментарии