Многодетная семья вынуждена кое-как сводить концы с концами, чиновники не помогают

 (160)

Многодетная семья вынуждена кое-как сводить концы с концами, чиновники не помогают
Фото: "МК-Эстония"

”МК-Эстония” уже писала о матери пятерых детей, Марине Птицыной из Палдиски. Тогда ее хотели выселить из квартиры, потому что бывший муж пил и дебоширил, а соседи жаловались. Марина с детьми переехала в другую квартиру, мужа вскоре посадили за насилие, и вроде бы жизнь начала налаживаться… Но беда пришла со стороны мэрии: женщину хотят лишить родительских прав и отобрать детей.

Марина родом из Кохтла-Ярве. Шесть лет назад она переехала в Палдиски с четырьмя детьми. Говорит, что с первым мужем ей не повезло — он употреблял наркотики, но Марина об этом узнала лишь когда уже у них родились дети.

В Палдиски она сняла квартиру и начала новую жизнь. Вскоре познакомилась с мужчиной. Он был согласен растить вместе детей, они поженились, у них родилась общая девочка.

По словам Марины, Геннадий первые два года был очень хорошим мужем и отцом ее детям. А потом начал пить и дебоширить. Особенно по ночам. Дети просыпались и пугались, соседи стали звонить в полицию и председателю, и в итоге их из съемной квартиры попросили.

ТОП

После статьи Марина нашла себе другую квартиру, куда и переехала. Геннадия же вскоре посадили за разные нарушения закона. У нее появился другой мужчина, который был готов ей помогать и растить вместе детей.

”Но недавно я узнала, что мэрия Палдиски подала в суд на меня иск, чтобы отобрать детей!” — чуть не плачет Марина.

Замкнутый круг

Мать пятерых детей говорит, что искового заявления еще не видела. И почему у нее хотят забрать детей, она не знает.

”Они мне не платят никаких пособий, — рассказывает женщина. — Я получаю 534 евро в месяц, из них порядка 270 в зимние месяцы плачу за квартиру, которую снимаю. Еще 96 евро уходят на проездные для детей, они ездят из Палдиски в Кейла, учатся в кейлаской школе. И на остальное, как говорится, ни в чем себе не отказывай”.

Двое младших детей — садиковского возраста. Они могли бы ходить в садик, а Марина могла бы работать. Но, говорит женщина, платить за садик она не может, у них долг, поэтому детей туда больше не берут.

С пропиской тоже беда. Раньше она была прописана в Клоога, у родителей бывшего мужа. После того, как они разошлись, родители, понятное дело, Марину из своей квартиры выписали.

Марина теоретически могла бы прописаться в Палдиски, тем более что она официально снимает жилье, и договор у нее есть.

”Но, как мне сказали в мэрии, квартира, которую я сняла через маклера, как оказалось, принадлежит ребенку, который находится в детском доме. Квартиру сдает его опекун, и, как мне объяснили, это не совсем законно. Все это должно делаться через суд. Поэтому прописаться мне, даже при наличии действующего договора об аренде, невозможно”, — рассказывает женщина.

Марина говорит, что можно было бы переехать в другую квартиру. Но, во‑ первых, нужны опять деньги — на залог, предоплату и так далее. А во‑ вторых, за время, которое она с детьми живет в этой квартире, они обзавелись разной мебелью и другими вещами. И переезжать со всем этим скарбом проблематично.

Сейчас в одной из комнат ”хрущевки” живут дети — стоит трехъярусная кровать для старших детей, маленькая кроватка для младшей и диван для сына. Еще стол, за которым они делают уроки. В другой комнате — диван, шкаф, полка с книгами и телевизор. Вроде бы и немного мебели, но уже обжились, и снова переезжать сложно.

Месть недругов?

Она ходила в управу Палдиски. Просила помочь пособиями.

”Но единственное, что мне платили, это 90 евро в месяц — в конце прошлого года, как безработной, — рассказывает Марина. — Платили три месяца, потом отказали — потому что я в городе не прописана”.

И получается какой-то замкнутый круг: прописки нет, поэтому никаких пособий от города Марине не положено. А прописаться тоже никак, потому что человек, сдавший ей квартиру в аренду, по сути права такого не имел.

Марина, когда закончился декрет по младшей дочке, нашла работу. Хотя в Палдиски это сложновато, особенно матери пятерых детей, двое из которых маленькие. Тем более что Марина не знает эстонского языка.

”Мой бывший муж осенью 2015 года сел в тюрьму за физическое насилие. Душил меня в присутствии детей. И, понятное дело, затаил на меня обиду. И когда я устроилась на работу, из тюрьмы стал звонить в контору и доставать их, почему у них работает человек без знания эстонского языка, — рассказывает женщина. — Звонил буквально каждый день, я тогда была на испытательном сроке, и, видимо, им так это все надоело, что они попросили меня уйти”.

Марина возмущена тем, что на самом деле бывший муж навредил собственным детям: ведь теперь весь доход семьи — это детские пособия.

”А сейчас он вышел, узнал, что у меня другой мужчина, и теперь грозит забрать у меня младшую дочку, которая его, а остальных, которые от другого отца, отправить в детский дом, — рассказывает мать пятерых детей. — И даже пошел в мэрию и написал заявление. Думаю, после этого они и подали в суд иск о лишении меня родительских прав”.

Марина говорит также, что у нее был и конфликт с вице-мэром Палдиски по социальным вопросам Еленой Вилльман, после чего мэрия и подала иск в суд.

SOS-ситуация

Однако вице-мэр Палдиски Елена Вилльман от подробных комментариев по поводу данной ситуации отказалась. И не стала объяснять, на каком основании у Марины Птицыной хотят забрать детей. Но подтвердила, что иск подан, и дело уже в суде. И она готова идти до конца и пройти все инстанции, если потребуется.

”Мы не можем давать третьим лицам такую информацию, — говорит Елена Вилльман. — Меня в первую очередь интересует жизнь и безопасность детей. Личный конфликт? На работе я работаю. И работу свою выполняю хорошо. Поэтому причина — то, что меня волнует здоровье, благополучие детей. А чужие выдумки я не комментирую”.

Отказалась вице-мэр отвечать и на вопрос, правда ли, что Марине за все это время лишь три месяца платили по 90 евро, а потом и вообще в них отказали.

”У меня нет времени комментировать этот бред, — отрезает Вилльман. — За дверью стоят люди, которым нужна реальная помощь. Могу лишь сказать, что в данной семье просто SOS-ситуация. И хочется плакать, глядя на то, как живут эти дети. И это все — только благодаря их маме, для которой они ценностью совершенно не являются. У нее — другие ценности”.

Язык — важнее детей

”МК-Эстонии” удалось немного пообщаться и с Геннадием Птицыным, бывшим мужем Марины. Он считает, что если Марина хорошая мать, то ей бояться нечего — детей у нее не заберут.

”Меня эта ситуация не очень волнует, — говорит он. — Я знаю, что если у нее моего ребенка заберут, то отдадут мне”.

Он лично убежден, что Марина — не очень хорошая мать, ее больше интересует ее личная жизнь, нежели дети. Но забрать у нее детей или оставить — будет решать суд.

Бывший муж не отрицает, что звонил из тюрьмы Марине на место работы.

”Да потому что она не знает госязыка! Ни на каком уровне! — возмущается он. — Ну да, ее уволили, нет теперь зарплаты, пострадали дети… Но как ее можно на работу брать без знания языка?”

Сожитель или дети?

Дома у Марины — небогато, но чистенько. Намного лучше, чем в прошлый раз, когда она жила с Геннадием.

Но, как следует из иска, чиновников очень беспокоит агрессивное поведение нового сожителя Марины и то, что она деньги тратит на него, а не на детей. В иске также говорится, что дети часто находятся без присмотра. И Марина, по мнению соцотдела, не может обеспечить их безопасность и материальное благополучие.

Марина же парирует, что ее мужчина сам работает, и у него есть свой доход. И это, скорее, он ей помогает деньгами и продуктами, а не она ему. И детей он не обижает, иногда только делает замечания, когда слишком уж шумят. И дети с ним нормально общаются.

”Почему они мне указывают, с кем я должна жить? Почему они запрещают ему приезжать сюда? — возмущается Марина. — Вместо того, чтобы помочь, они пытаются забрать детей!”

”МК-Эстония” будет следить за развитием событий.

Оставить комментарий
либо комментировать анонимно
Публикуя комментарий, вы соглашаетесь с правилами
Транслит
Читать комментарии Читать комментарии