Что делать, если вам поставили неправильный диагноз или не поставили его вовсе

 (45)

Lembi Aug
фото иллюстративноеFoto: Hendrik Osula

В редакцию нередко обращаются читатели, недовольные нашей медициной. И жалобы эти касаются не только длинных очередей к врачам, но и тем, что им самим или их родным поставили неправильный диагноз, и это привело к тому, что болезнь оказалась запущена и процесс лечения занял много времени.

МК-Эстония” выяснила, существуют ли предписания о сроках, за которые пациенту должен быть поставлен диагноз, почему врачи порой ошибаются и куда обращаться, если изначально болезнь не была обнаружена.

Постановка неправильного диагноза или ситуация, при которой врачи вообще не могут поставить диагноз, одинаково плоха, ведь в этом случае пациент не получает надлежащего лечения. А, как известно, лечить запущенную болезнь гораздо сложнее и дольше, чем если причина проявившихся симптомов выявлена на ранней стадии.

Месяц без диагноза

Тетю Игоря Галину сильно тошнило, поднялась температура. Приехавшая на вызов скорая помощь решила госпитализировать 71-летнюю женщину, поскольку ее состояние вызывало опасения. Однако на момент обращения Игоря в редакцию диагноз за три недели нахождения в больнице женщине так и не был поставлен.

”Врачи ходят, пожимают плечами, а у человека в течение месяца живот болит практически каждый день. Температура поднималась аж до 40,7 градуса! И вот она лежит в больнице, а такое ощущение, что врачи ждут, пока она сама выздоровеет, встанет и уйдет, — возмущается Игорь. — Пугает это. Изначально врачи даже разрезали тетю, потому что у нее когда-то была операция на кишечнике, и они решили проверить эту версию. Но ничего не нашли, зашили и отпустили домой. Теперь у нее загноился шов, и вот она снова в больнице, где ей все еще не могут поставить диагноз”.

Мужчина жалуется на то, что его родственница не может есть, ее постоянно тошнит, состояние ее здоровья оставляет желать лучшего. Им приходится каждый день ездить к Галине в надежде узнать у врачей что-то новое, но новостей нет.

”Тяжело каждый день приходить к родному человеку и видеть искаженное от боли лицо. Это какое-то безразличие, и очень сильно раздражает чисто по-человечески. Любому человеку за месяц можно было бы поставить диагноз. Да и на ноги за месяц уже можно было поставить, — считает Игорь. — Пытаемся достучатся до врачей. Гастроэнтеролог приходила, сказала, что зря разрезали, но больше ничего не предпринимал никто”.

Руководитель по связям с общественностью Департамента здоровья Ийрис Салури констатирует, что таких требований или критериев, которые бы устанавливали допустимые сроки, в которые пациенту должен быть поставлен диагноз, не существует.

”Кроме того, поставщик медицинских услуг заинтересован в том, чтобы диагноз был поставлен как можно раньше, так как от этого зависит дальнейшее лечение. Если у человека есть сомнение в поставленном ему диагнозе или он не получает никакого диагноза, у него всегда есть право на вторичное мнение”, — добавляет представитель Департамента здоровья.

Вторичное мнение означает дачу оценки относительно правильности диагноза, назначенного лекарственного препарата или необходимости медицинской услуги, выясненных альтернатив и ожидаемого эффекта, а также рисков, связанных с оказанием медицинской услуги. Точный порядок, как и то, на каких условиях можно получить вторичное мнение и в каком объеме Больничная касса оплатит возмещение при его наличии, установлен постановлением министра социальных дел от 2002 года.

Запущенная болезнь

Елизавета столкнулась с другой проблемой. Ее дочери Нике уже второй раз поставили диагноз, который оказался неверным, из-за чего лечение не было начато вовремя.
Первый случай произошел год назад, когда Нике был год и четыре месяца. У ребенка появился насморк, кашель, девочке было трудно дышать. Елизавета, естественно, первым делом обратилась к семейному врачу. У Ники взяли анализ крови и послушали. Врач успокоила девушку, что легкие и бронхи ее дочери чистые, и посоветовала делать ингаляции физраствором и промывать им нос, в общем, продолжать делать то, что делалось и до визита к доктору.

”Ребенку лучше не становилось, и мы поехали в Мустамяэскую детскую больницу. Там снова взяли анализы, которые показали небольшое воспаление. Кроме того, доктор послушал дочку и поставил диагноз — обструктивный бронхит, — рассказывает Елизавета. — Нам назначили антибиотики, ингаляции с лекарством. Я уехала из больницы со спокойным сердцем, потому что мне помогли узнать диагноз ребенка и чем его лечить. Когда мы в следующий раз оказались у семейного, я не стала ругаться, у всех бывают ошибки”.

После этого Ника не болела ни весной, ни летом. И снова обратиться к врачу пришлось уже когда ребенок пошел в детский сад.

”Это было в январе. Дочке два годика, однажды утром она начала кашлять лающим сухим кашлем, ее стало тошнить, — вспоминает девушка. — Муж с ребенком поехал к семейному. Дочку послушали, сделали анализ крови и сказали, что все хорошо. Муж просил направление на рентген, но его не дали”.

После визита к врачу Елизавета зашла на государственный портал, чтобы проверить назначения врача и увидела диагноз, который поставили ее дочери — неаллергическая астма. Тем временем Нике становилось только хуже. Ребенок не спал, не ел, температура поднялась до 39,3, и Елизавета повезла дочь в больницу.

”Там ребенка осмотрели, послушали, взяли кровь… и снова сказали, что все в порядке. Я объясняла доктору, что ребенок не спит и не ест, просила помочь нам, но меня отправили решать эти проблемы у семейного врача. Я вышла из больницы, полная возмущения, — делится Елизавета. — Дома Нике становилось только хуже, каждые пять минут она заливалась кашлем, а за час ее вырвало четыре раза. В итоге мы вызвали скорую, и ребенка увезли в инфекционную больницу Мериметса”.

Там, по словам мамы Ники, девочке сразу поставили капельницу, а утром пришел доктор и назначил все возможные анализы, а также рентген. Через три часа диагноз был поставлен — метапневмовирус плюс респираторно-синцитиальный вирус, что дало осложнение — воспаление правого легкого.

”Я, когда узнала, честно, чуть не упала в обморок! Врач сказал, что хорошо, что меня не подвел материнский инстинкт, и мы вызвали скорую, потому что неизвестно, чем бы это все закончилось, — говорит Елизавета. — Неделю дочка лежала под капельницей два раза в день, четыре раза в день ей давали антибиотики внутривенно, а еще сироп от кашля, лекарство от гриппа. Я думаю, не стоит говорить, в каком состоянии была она и, тем более, я.

И теперь дома нам еще надо долго лечиться. Если бы правильный диагноз был поставлен вовремя, всего этого можно было бы избежать! Спасибо большое врачам больницы в Мериметса за хорошее отношение к детям и взрослым, за то, что нашли проблему”.

Руководитель по связям с общественностью Департамента здоровья Ийрис Салури отмечает, что если диагноз был поставлен неверно, у пациента есть право на вторичное мнение.

Салури добавляет, что с жалобой можно обратиться к руководству медицинского учреждения, которому также можно предъявить требования по нанесенному ущербу, или в Экспертную комиссию по качеству медицинских услуг, работающую при Министерстве социальных дел. Также у пациента есть право обратиться в суд по поводу компенсации ущерба. Несет ли врач ответственность и в какой мере, по словам представителя Департамента здоровья, решается после выяснения всех обстоятельств.

Ограниченный бюджет на исследования

Семейный врач Андрей Борисов рассказывает, что как каждый организм, так и каждая болезнь очень индивидуальна и имеет свои черты, так что одно и то же заболевание у разных людей может протекать по-разному.

”Во-первых, нельзя открыть книгу и по ней поставить диагноз. Уже давно многие болезни изменились и не протекают классически, как это описано в книгах, как этому учат врачей в университетах, — объясняет доктор. — Во-вторых, у нас почему-то люди наивно полагают, что уровень современной медицины позволяет диагностировать и лечить все болезни. К сожалению, мы не так развиты, как хотелось бы. Мы не все можем вылечить и не все возможно диагностировать, в противном случае мы все жили бы очень долго, а то и бесконечно”.

В-третьих, если говорить о семейных врачах, Андрей Борисов обращает внимание, что они тоже не все могут и достаточно ограничены в возможностях диагностики.

”Есть исследования, которые мы просто не имеем права проводить, те же самые томографии или какие-то более сложные исследования, которые, может быть, как раз помогли бы поставить диагноз на более ранней стадии, — замечает Борисов. — Плюс мы ограничены фондом исследований, то есть существуют определенные суммы, установленные Больничной кассой, которые нельзя превышать. В результате ты хочешь назначить исследование, но начинаешь думать, уложишься ты или нет. В других странах такого нет, так как это не дает врачам быть врачами”.

Семейный врач добавляет, что в Эстонии достаточно маленькое население, поэтому редких заболеваний мало, врачи их видят, соответственно, не часто. И когда возникает сложный случай, возможно даже, врачи сталкиваются с заболеванием, которое еще не встречалось в Эстонии, вероятность ошибки, безусловно, повышается.

Вводящие в заблуждение симптомы

Кроме того, по словам Андрея Борисова, существует много заболеваний с похожими симптомами. Иногда это лож

но наводит врачей на мысль, что они столкнулись с не очень серьезной проблемой.
”Невозможно всем людям, например, с температурой, назначать исследования по максимуму. Принцип медицины — идти от простого к сложному. Если человек кашляет, мы никогда не начинаем с проведения компьютерной томографии или биопсии. Мы начинаем с простого — анализа на воспаление, обычного рентгена легких и дальше идем по пути усложнения. Иногда из-за этого мы можем терять определенное время, — констатирует доктор. — Но по-другому, к сожалению, невозможно. Это общемировая система, и делать иначе ни экономически, ни медицински нецелесообразно. Мы и так в сложном экономическом положении, да и человека нет смысла облучать томографом каждый раз из-за простого кашля”.

Говоря о схожих симптомах, семейный врач приводит в пример инфаркт, при котором классическими симптомами считаются боль в области груди, одышка. Но порой инфаркт может протекать абсолютно нетипично как у мужчин, так и у женщин. Иногда начинает болеть живот, чаще верхняя часть. Такие же симптомы бывают при гастрите.

”Однако мы смотрим на историю болезни, на другие факторы. Инфаркт на пустом месте редко развивается, поэтому мы обращаем внимание на проблемы с сердцем, которые были до этого. К тому же, мы делаем кардиограмму, — говорит Борисов. — При том же инфаркте иногда болит челюсть и шея. В моей практике был один такой случай. Бывает и безболевая форма, когда у пациента инфаркт, но при этом ничего не болит, просто человеку плохо, он потеет, сил нет”.

Проблемы со зрением, по словам семейного врача, тоже могут вводить в заблуждение. Пациент может жаловаться на то, что пропадает боковое зрение. И если человек пожилой, можно пойти по неправильному пути, полагая, что это проблема с глазами. А это может быть неврологическая проблема.

”Под каждым симптомом, на самом деле, может скрываться что-то еще. Бывает, человек жалуется, что у него болит сердце. Обычно, когда мне такое говорят, я спрашиваю, откуда человек знает, что это именно сердце. Ведь когда болит в груди, может быть все что угодно. Правильно говорить — боль в груди или боль в области сердца. Когда человек жалуется на эту боль, надо держать в уме, а нет ли у него камней в желчном пузыре, например. Потому что очень часто проблемы желчного пузыря отдают болью в область груди”, — обращает внимание Андрей Борисов.

Он добавляет, что бывают такие патологии, особенно у пожилых людей, когда много разных болезней, они наслаиваются друг на друга, и образуется гибрид заболеваний, порой по несколько десятков диагнозов. Все это усугубляет состояние пациента, при этом единого диагноза поставить невозможно.

”Не стоит переоценивать свою компетенцию. Если сомневаешься, то лучше сделать исследования по максимуму. Если не удается поставить диагноз или вылечить человека, нужно максимально быстро запросить консультацию узкого специалиста”, — считает Борисов.

Семейный врач также говорит, что многое зависит не только от знаний врача, от его опыта, немалую роль играет и то, что рассказывает пациент. Иногда человек может забыть или вообще постесняться сказать о каком-то симптоме, особенно, когда вопрос касается мочеполовой системы или прямой кишки. Хотя с врачом надо быть предельно откровенным, рассказывать ему все. Сбор анамнеза, по словам доктора, — это самое главное в постановке диагноза.

Оставить комментарий
либо комментировать анонимно
Публикуя комментарий, вы соглашаетесь с правилами
Транслит
Читать комментарии Читать комментарии