Большой опрос "Учительской газеты": Так обэстонят ли русские детсады?

 (37)

Foto on illustratiivne
Foto on illustratiivneFoto: Rauno Volmar

В преддверии выборов все крупнейшие партии пообещали начать эстонизацию детских садов с русским языком обучения. Этот шаг призван существенно ускорить процесс создания единой системы образования, вот только реалистично ли это благое намерение?

Еще весной этого года с легкой руки реформиста Кристена Михала в Фейсбуке разгорелись страсти по поводу необходимости ликвидации русскоязычных детсадов. Идея, конечно же, разбила всех на два лагеря — ее рьяных сторонников и не менее ярых противников. По мнению вторых, учителя, родным языком которых является русский, не способны преподавать на грамотном эстонском, преподавателей же из числа эстонцев взять просто неоткуда. Также было отмечено, что детям лучше всего учиться на родном языке, поскольку они его понимают. Насильная дерусификация русских ребят была подвергнута осуждению.

ТОП

Можно ли в столь юном возрасте выучить эстонский? Возможно ли вообще все русские детсады перевести на эстонский язык обучения? Редактор ”Учительской газеты” Райво Юурак попросил высказаться на эту тему заведующую центром учебной программы и методики фонда Innove Наталью Мялицину, координатора подразделения программ в сфере языкового погружения фонда Innove Карин Пийрсалу, директора столичного двуязычного детского сада ”Авив” Светлану Белову, а также учительницу Таллиннского детского сада ”Винди” Хеди Минлибаеву, преподающую по методике языкового погружения.

Эстонский и впрямь нужно изучать с детского сада?

Наталья Мялицина:

Детсадовский возраст — самый правильный для изучения новых языков. Если дети овладевают родным языком еще до школы, что же им мешает овладеть следующим? Именно овладеть, а не выучить. Детсад — это место, где языком можно овладеть играючи. Ребята могли бы догадываться о значении слов, а потом играть с ними. Изучение языка не должно стать для них величайшей целью или важнейшей задачей. Просто это возможность играть до полного усвоения языка.

Карин Пийрсалу:

В детских садах с языковым погружением дети как раз и овладевают эстонским языком во время игр. К сожалению, в большинстве русскоязычных детсадов даются пока классические уроки эстонского языка как неродного. Пару раз в неделю его преподают урывками по 20 минут. Так ребенок к окончанию детсада совершенно точно на нем не заговорит.

Наталья Мялицина:

Всего два урока эстонского в неделю — это напрасная трата времени как учителя, так и детей. Ребята должны общаться на эстонском ежедневно и только тогда они им овладеют. К счастью, соответствующая методика уже имеется, она прошла апробацию в Эстонии и была приведена в соответствие с государственной учебной программой. Ее разновидностями являются раннее и позднее, частичное и двухстороннее языковое погружение.

Хеди Минлибаева:

Мой продолжительный опыт свидетельствует о том, что в случае раннего языкового погружения все ребята, для которых русский язык является родным, овладевают функциональными навыками и смелостью общения на эстонском. Они в состоянии свободно выражать свои мысли в рамках усвоенной лексики.

Куда движется Европа по части преподавания языков?

Наталья Мялицина:

Европа движется в сторону всеобщего раннего языкового погружения. Это означает, что наши политики находятся всего лишь на половине пути, когда хотят обучить эстонскому в детсадах только тех ребят, для которых родным является русский. На самом же деле целью должно стать двуязычие к окончанию детского сада в том числе и эстонских детей, которые помимо родного владели бы, например, русским, английским, немецким или другим языком. Эстония на этом пути сделала свои первые шаги. В четырех наших детсадах применяется программа двухстороннего языкового погружения, согласно которой в группы набирают половину русских и половину эстонских ребят. Полдня они учатся под руководством русскоязычного учителя, а полдня ими занимается преподаватель, родным языком которого является эстонский. Такие группы имеются в Таллинне, Тарту, Пярну и Тапа. Программа оказалась успешной, поскольку дети продвинулись в изучении обоих языков. Следующий этап — это внедрение двустороннего языкового погружения в первую школьную ступень. Сейчас мы размышляем над тем, как сделать эту методику приемлемой для родителей русских и эстонских детей, а также как добиться максимального результата. Именно двустороннее языковое погружение — наиболее естественный путь к единой эстоноязычной системе образования.

Карин Пийрсалу:

Двустороннее языковое погружение хорошо подходит столичным детсадам, поскольку в Таллинне относительно просто сформировать двуязычные группы — в них заинтересованы родители как русских, так и эстонских ребят. В целевой фонд Innove довольно часто звонят и спрашивают, почему детей невозможно зарегистрировать в группу с двуязычным языковым погружением. К сожалению, сейчас в Таллинне имеется только одна такая группа.

Наталья Мялицина:

Языковая политика Еврокомиссии опирается на принцип, что новые языки быстрее всего усваиваются в самом раннем возрасте и что владение несколькими языками поможет детям достигнуть большего в самых разных областях.

Карин Пийрсалу:

Помимо прочего, большим плюсом двустороннего языкового погружения является то, что эстонские дети не останутся одноязычными. Наряду с русскими ребятами у них тоже появятся равные возможности для развития путем языкового погружения. В Пярну эстонцы отдают своих детей в двуязычные группы в надежде на то, что знание русского поможет их детям быть по сравнению с русскими более конкурентоспособными, к примеру, на рынке туристических услуг.

Логопедов же одолевают сомнения…

Светлана Белова:

Некоторые логопеды и родители и впрямь настроены против языкового погружения. При наличии тяжелой логопедической проблемы они не советуют методику раннего языкового погружения.

Наталья Мялицина:

В составленном для родителей и учителей справочнике под названием ”Детский билингвизм” его автор Колин Бейкер убедительно доказал, что двуязычие не является причиной речевых нарушений. Мерит Халлап также пишет в своем учебнике для студентов, что билингвизм не является логопедической проблемой. Логопеды нового поколения уже знают это.

Хеди Минлибаева:

В мой группе языкового погружения были русские дети с нарушениями речи, которые прекрасно справлялись с изучением эстонского. Проблемы логопедического характера у них зачастую были только с русским языком. Например, некоторые русские дети не выговаривают шипящие согласные. В эстонском же языке их нет, и потому логопедических проблем с эстонским у них тоже нет. Это же касается и детей с особыми потребностями. Мы ведь не можем сказать, что не обучаем их эстонскому языку. В моей группе был один ребенок с особыми потребностями, который был силен именно в эстонском. Знание языка было его самым большим достижением. Так почему же мы должны лишить его этого?

Наталья Мялицина:

Некоторые утверждают, будто обучение на неродном языке приводит к ”полуязычию”, когда ребенок говорит плохо на обоих языках или даже путает их. Так и есть! Дети, которые обучаются по методике языкового погружения, и впрямь путают эстоно- и русскоязычные слова, но лишь в течение очень непродолжительного времени.

Тут следует пояснить, что процесс овладения новым языком делится на четыре этапа.

Первым является этап молчания. Ребенок следит за тем, что делается, но не обязательно говорит. В классах языкового погружения большинство детей помалкивает в течение первых недель, единичные же на протяжении всей четверти или даже целого учебного года. Молчание не значит, что ребенок ничего не понимает или глуп. Он впитывает новый язык. Ребенок существенно развивается во время периода молчания.

На протяжении второго этапа дети как раз и путают русский с эстонским, перемежевывая освоенные на эстонском языке фразы с русскоязычными. Это не ”полуязычие” или задержка в развитии, а естественный этап изучения языка. Дети с затянувшимся периодом молчания, как правило, минуют этап смешения языков.

Во время третьего этапа дети общаются на эстонском при помощи отдельных фраз, допуская ошибки.

В ходе четвертого этапа дети уже свободно разговаривают на эстонском.

Так почему же языковое погружение не объявили ”новой нормальностью” уже сегодня?

Наталья Мялицина:

По двум причинам. Во-первых, программа языкового погружения — дело добровольное. Ее не навязывали силком ни детсадам, ни школам. К ней подключались по собственной воле, родители в том числе. Это одна из причин, по которой программа языкового погружения стала в Эстонии столь успешной — все участвующие в ней стороны были в этом заинтересованы.

Второй причиной является дефицит кадров. Раннее языковое погружение в детских садах требует от учителей огромных усилий, отличного владения эстонским, а также терпения.

Хеди Минлибаева:

У меня была практикантка, которая отлично владела методикой языкового погружения. Однако она не пойдет работать учительницей в детсад. По ее мнению, за столь тяжкий труд нельзя платить так мало. На самом же деле, работа специалиста по языковому погружению не столь уж невыносима. Погружение и вправду требует большего вклада, более основательной подготовки, постоянного самоанализа и контроля за правильным использованием языка, однако наблюдение за успехами детей в эстонском того стоят.

Светлана Белова:

Добровольность — это, конечно, замечательно, однако почему обязательное образование не могло бы начаться с того, что в детских садах детей с пяти лет полностью погружали бы в язык, после чего они шли бы в школу уже двуязычными?

Наталья Мялицина:

Некоторые мифы также поубавили энтузиазма родителей. Например, байка о том, будто обучению на неродном языке сопутствует понижение уровня знаний, особенно по математике. 18-летний опыт языкового погружения этого не подтверждает.

Карин Пийрсалу:

Миф о том, будто математику русский ребенок может освоить лишь на родном языке, достоин прямо-таки золотой медали. На самом деле, именно математику изучать и преподавать на неродном языке проще всего во втором классе, поскольку цифры, формулы и математическая логика одинаковы на всех языках. К тому же, на уроках математики мало слов. Согласно исследованию, в котором сравнивали результаты учеников основной школьной ступени по математике, эстонскому и иностранным языкам, ученики из классов языкового погружения демонстрировали по математике и иностранным языкам результаты ничуть не хуже, чем учащиеся обычных классов. По эстонскому же языку они были даже на голову выше.

Светлана Белова:

Проведенные в других странах исследования также свидетельствуют о том, что обучение на неродном языке приводит не к ухудшению успеваемости, а совсем наоборот.

Хеди Минлибаева:

Работающая в одном из эстонских детских садов учительница однажды заменяла меня в группе языкового погружения для русских ребят. Потом она спросила, неужели русские дети умнее эстонских? Такое впечатление у нее сложилось потому, что русские ребята свободно общались с ней на двух языках.

Наталья Мялицина:

Исследования показывают, что к концу основной школы ученики классов языкового погружения получают на экзамене по эстонскому на 20 баллов больше, чем их сверстники из обычных классов. Если первые набирали в общей сложности порядка 84 баллов, то вторые — около 64. В то же время стоит отметить, что языковое погружение не является какой-то волшебной палочкой, превращающей детей в умных. Если ребенок в математике слабее одноклассников на родном языке, то таким же слабым он будет и в классе языкового погружения.

Готовы ли школы к эстонизации детсадов?

Карин Пийрсалу:

После окончания детского сада обучение на двух языках должно продолжиться и в первой ступени основной школы. К сожалению, большинство школ к этому не готово. Некоторые школьные учителя, посетившие уроки по методу языкового погружения в детских садах, сказали, что в классах с погружением отсутствует дисциплина. Принято считать, что когда в малых группах дети обсуждают что-то между собой, ищут ответы на задания, то это нарушает дисциплину на уроке.

Наталья Мялицина:

Зачастую школы не перенимают у детских садов ”эстафетную палочку” необходимости напряженного трудиться. Приходилось наблюдать печальные примеры того, как русские дети, посещавшие детские сады с языковым погружением, шли потом в обычные классы с русским языком обучения и уже к концу третьего класса больше не владели эстонским лучше других.

Хеди Минлибаева:

В классах языкового погружения дети привыкают с жадностью окунаться в учебу. Школьные учителя могли бы радоваться, будь у них целый класс любознательных детей. К сожалению, ребята из групп языкового погружения обычно разбегаются по шести-семи разным школам, в том числе с русским языком обучения, боясь, что в эстонских школах будет тяжеловато.

Наталья Мялицина:

Мы зачастую недооцениваем детей. Я была однажды на уроке английского языка в десятом классе, на котором ученики долдонили выученные наизусть диалоги. Это было очевидной тратой ресурсов. Языковой уровень учеников позволил бы им без какой-либо зубрежки подискутировать на глобальные темы. В этом полугодии Innove разработает для основной ступени несколько программ по интегрированному изучению предмета и языка, чтобы облегчить преподавание какой-нибудь дисциплины на неродном языке. Отдельно будут прописаны учебные цели как по предмету, так и по изучаемому языку. Быть может, это поможет разрушить миф о том, будто учиться серьезно на неродном языке очень трудно.

Каков вклад родителей в обучение на двух языках?

Наталья Мялицина:

Существует Союз родителей по программе языкового погружения, члены которого активно содействовали ее развитию. Теперь пришло новое, более молодое поколение родителей, на сотрудничество с которым мы очень надеемся. У родителей много власти. Они могут действовать и требовать присоединения детей к программе языкового погружения, а также внедрения соответствующей методики.

Карин Пийрсалу:

Иногда мне кажется, будто за рубежом языковое погружение в Эстонии ценят даже выше, чем у нас на родине. Например, один из преподавателей Южно-Каролинского университета уже третий год наблюдает за нашими детскими садами с двусторонним языковым погружением. Посольство США в Эстонии годами финансирует программу развития двухстороннего языкового погружения и поддерживает подготовку наших учителей на уровне ученых мирового уровня — преподавателей из Миннесотского университета. Наши северные соседи выяснили, что в Эстонии используют больше моделей языкового погружения, чем в Финляндии. Преподаватели Ваасаского университета решили начать сотрудничество с Таллиннским университетом именно по причине успешного опыта языкового погружения на уровне дошкольного образования. В свою очередь, эстонские эксперты делятся приобретенным опытом с коллегами из Грузии, Кыргызстана, Казахстана и Таджикистана.

Что в Таллинне партии обещают детским садам накануне муниципальных выборов?

Партия реформ / RE

Противопоставим себя системе образования, при которой эстонский язык является иностранным. Система образования в Эстонии является эстоноязычной начиная с детского сада.

Консервативная народная партия Эстонии / EKRE
Сделаем за четыре года все столичные детсады эстонскими, а русские школы начнем с первого класса постепенно переводить полностью на эстонский язык обучения.

Союз Отечества и Res Publica / IRL
Начнем постепенный переход на эстонский язык обучения начиная с детского сада, сохраняя при этом право на собственную идентичность и культуру.

Центристская партия / KE

Увеличим объемы изучения эстонского языка в русскоязычных детских садах.

Партия Зеленых Эстонии / EER

Помимо эстоно-русского направления начнем применять метод языкового погружения также при обучении другим иностранным языкам. Программу языкового погружения следует применять уже с детского сада.

Социал-демократическая партия Эстонии / SDE
Дадим детсадовцам возможность раннего языкового погружения и начнем преподавать иностранный язык во всех столичных основных школах начиная с первого класса.

Оставить комментарий
либо комментировать анонимно
Публикуя комментарий, вы соглашаетесь с правилами
Транслит
Читать комментарии Читать комментарии