Калев Стойческу: президент Трамп и улучшение отношений между США и Россией

 (6)

Trump ja Putin
Trump ja PutinFoto: ALEKSANDR NEMENOV, AFP

В июне 2001 года президент США Джордж Уокер Буш, который на тот момент занимал свою должность около пяти месяцев, встретился в Словении с Владимиром Путиным, уже больше года правившим Россией в качестве президента. Буш тогда удивил весь мир своим простодушным заявлением: ”Я посмотрел в глаза этому человеку. Мне показалось, что это человек очень прямой и достоин того, чтобы ему верили. Мы провели с ним очень хороший диалог. Я сумел ощутить его душу: этот человек глубоко предан своей стране и главным ее интересам”.

Я тот, кем вы меня считаете.
Сегодня я не тот, кем был вчера.
И вы завтра не будете теми, кем вы являетесь сегодня.

Вольный человек Габриэль

Дональду Трампу, недавно вступившему в должность президента, первая встреча с Путиным еще только предстоит, однако он уже успел несколько раз отвесить комплименты Путину, причем еще в более простодушном стиле, чем Буш. С одной стороны, совершенно естественно, что свежеиспеченный хозяин Белого дома намерен каким-то образом выровнить двусторонние отношения с Россией. Этого пытались достичь и предшественники Трампа: Билл Клинтон, Буш и Барак Обама. К тому же, в последнее время конфронтация между Кремлем и Западным миром все больше обострялась, особенно в результате российского военного вмешательства в Украине и Сирии. Однако, в словах Трампа и даже его попытках имитировать Путина может скрываться нечто большее.

ТОП

Читайте также:

С другой стороны, прежние попытки американцев ”перезагрузить” (reset) отношения всегда четко учитывали жизненные интересы как самих США, так и их союзников. Можно ли в случае с Трампом ожидать точно такого же подхода? Его лозунг ”Америка — прежде всего” („America First”) одновременно с повторяющимися заявлениями об ”устаревшем” (obsolete) НАТО, которые идеально совпадают с интересами и риторикой Кремля, вызывают серьезные вопросы у европейских союзников, в том числе и у Эстонии. Какой будет политика в области безопасности и внешняя политика США, и можно ли вообще говорить о ее последовательности? Смена власти в администрации США всегда влекла за собой некоторые изменения, однако основные интересы и ценности, например, в области отношений с союзниками по Северо-атлантическому альянсу, оставались неизменными и поддерживались обеими крупными партиями — республиканцами и демократами,. Трамп же, похоже, пытается поставить весь мир с ног на голову, — в отличие от заявлений, которые, положа руку на Библию, делали во время слушаний в Сенате госсекретарь Рекс Тиллерсон и министр обороны Джеймс Мэттис. Мы имеем дело со своеобразным явлением, которое может фундаментальным образом изменить не только отношения Вашингтона и Москвы, но и весь западный мир, в том числе будущее Европейского союза и НАТО. А жизненно важное значение этих организаций для независимости, развития и принадлежности Эстонии переоценить невозможно.

„Феномен Трампа”

Невероятно большое число людей на западе, в том числе и в Эстонии, искренне или не очень искренне, а скажем так, злорадно, но все же восхищаются Трампом. Почему? Видимо потому, что в Трампе они видят мессию, который пытается: а) разрушить далекий от народа, дегенерировавший и погрязший в коррупции традиционный госаппарат (establishment); б) освежить политическую культуру, то есть бороться с немыслимо возросшим уровнем политкорректности, называя вещи своими именами; в) улучшить условия жизни, труда и предпринимательства для ”забытых” и прочих недовольных жителей. В данном контексте нужно четко понимать, что для массы избирателей Трампа — то есть, по сути, для большинства американцев — политика в области безопасности и внешняя политика Белого дома вообще не играет никакой роли. Это касается в том числе и темы братания с Кремлем или противостояния с ним. Им важно, чтобы Трамп выполнил предвыборные обещания, которые касаются прежде всего изменений в налоговой системе и сфере здравоохранения, чтобы вести бизнес было бы проще и выгоднее, а попасть к врачу можно было бы быстрее, дешевле и без излишней бюрократии.

Простые же россияне, безусловно находящиеся под влиянием кремлевской пропагандистской машины, также сочувствовали Трампу и искренне радовались его победе — правда, по совершенно другой причине: чтобы ”не было войны”. Однако, во многом они переоценивали ту степень уважения или почтения, с которым Трамп относился к Путину и России, а также его готовность простить Кремлю всё и дать зеленый свет его действиям, например, в Украине. Но если россияне, в большинстве своем, демонстрируют энтузиазм по поводу роста популизма в западном мире, который этот мир ослабляет и открывает новые возможности для России, то американцы и европейцы в этом смысле подразделяются на три категории. Одни, ”оптимисты” новой эпохи, воодушевлены Брекситом, Трампом, Марин Ле Пен и конечно же Путиным, а также ”грядущим развалом” Европейского союза. Другие — это ”реалисты”, выдающие желаемое за действительное. Они надеются, что Трамп и его единомышленники одумаются или начнут, по крайней мере, прислушиваться к умным людям, и что все наладится и встанет на свои места без крупных потрясений. Третьи — это ”консервативные пессимисты”, которые все еще пытаются рационально объяснить и предугадать развитие событий, предупреждая о том, что обещанные простые решения не приведут к результату, а популисты неизбежно станут новой элитой, примерно похожей на нынешнюю.

Противоречивые ожидания и предпосылки

Чего ждут от России в США? Естественно, эффективного сотрудничества в борьбе с терроризмом, — прежде всего что касается уничтожения т. н. Исламского государства, — а также участия в построении более безопасного мира, особенно взаимного сокращения ядерного вооружения. Помимо этого речь идет о том, чтобы усмирить Иран и помешать его превращению в ядерную державу. Это американские приоритеты, где Россия может помочь США, и Трамп уже открыто сделал Путину соответствующие предложения.

Как ответит Москва? Опережая события, 24 января министерство обороны РФ заявило о проведении ”совместной операции” в Сирии с участием авиации России и коалиционных сил (под управлением США). Пентагон был вынужден опровергнуть эти сообщения, а Трамп в очередной раз заявил о готовности к сотрудничеству. Это пример того, как Кремль пытается подтолкнуть Трампа к активным действиям. В то же время, в столице Казахстана Астане прошли трехсторонние переговоры между Россией, Турцией и Ираном по вопросу ”укрепления” перемирия в Сирии и ”предотвращению провокаций”. США, в лице местного посла, участвовали в этих переговорах в качестве наблюдателя.

Все стороны понимают, что уничтожение т. н. Исламского государства самым непосредственным образом связано со многими вопросами относительно будущего: вопросами территориальной целостности Сирии и судьбы режима Башара Асада, продолжения российского военного присутствия в Сирии, присутствия США в Ираке и степени его влияния, удовлетворения иранских и турецких амбиций в Ливане и/или в Сирии и т. д. Опыт с Афганистаном и Ираком показал, что достижение военного успеха, то есть уничтожение противника и оккупация территории — это весьма простая задача по сравнению с установлением мира и нахождением политических решений. Значительным вызовом является и опасность проникновения оставшихся в живых террористов на территорию Европы и России.

С другой стороны, ядерное вооружение является для России столь же важным атрибутом великодержавности, как и территория, а также полезные ископаемые. По всей видимости, предложение Трампа не кажется Путину столь уж симпатичным, а потому Кремль может его парировать, потребовав от США отказаться, — ”для обеспечения стабильности”, — от элементов противоракетного щита в Польше, Румынии, а может быть, и на более широком пространстве. А это, очевидно, будет не по душе Пентагону.

Но чего ждут в России от США? Кремль подчеркивал, что непременным условием потепления отношений между США и Россией является отмена санкций против России, без чего доверительное общение якобы невозможно. Отказ США от украинской повестки стал бы для Путина колоссальным дополнительным бонусом, поскольку Украина является ”нашим всем” для России. А для Трампа? При таком раскладе, без США, Германия и Франция, изнуренные подготовкой к грядущим выборам и возможной сменой курса в сторону популизма и радикализма, были бы уже далеко не столь серьезными участниками противостояния с Россией. Более того, если Трамп отменит санкции, то у Евросоюза не будет иного выхода, как сделать то же самое. К тому же, у госсекретаря Тиллерсона хороший опыт ведения бизнеса в России, а потому новые крупные сделки и финансовые вливания со стороны американских инвесторов были бы весьма кстати — это стало бы хорошей подпиткой для израненной российской экономики и пустеющей государственной казны.

Пожалуй, Трамп даже взвешивает вариант отмены антироссийских санкций — в качестве, быть может, жеста доброй воли или ответной услуги. ”Проблемой” тут является стартовавшая в Конгрессе акция по принятию закона, который не позволит президенту сделать это единолично. К тому же, антироссийские санкции касаются лиц, фирм и банков, которые причастны не только к аннексии Крыма и к действиям на Донбассе, но и к убийству Магнитского. До сих пор снятие санкций связывалось с выполнением Кремлем Минского соглашения. Готовы ли теперь на Западе, несмотря на российское ничегонеделание, лицемерно заявить, что Минских соглашений нет или что их невозможно выполнить?

Россия хотела бы начать именно с этого — пока Трамп, а также некоторые важные члены администрации еще достаточно неопытны и полны готовности пойти на сделку. Однако, по всей видимости, торопиться американцы не будут, попытавшись сначала опробовать сотрудничество в области борьбы с терроризмом и на сирийской арене действий. Именно это станет первым моментом истины.

Если санкции будут отменены, тогда западные нефтяные и газовые компании продолжат эксплуатировать российские месторождения. Поток западных высоких технологий в Россию будет восстановлен, денежные запасы Кремля снова начнут пополняться, однако модель российской экономики от этого, увы, не изменится.

Мешающим фактором может стать осознание Трампом (если оно вообще когда-нибудь придет) степени активности российской разведки в США. А также осознание факта российских кибератак — будь то для тестирования устойчивости систем кибер-защиты или для кражи информации. Трамп считает кибер-оборону приоритетным направлением, и в этом плане Эстония могла бы показать себя с хорошей и полезной стороны.

Можно ли манипулировать президентом Трампом из Кремля?

Скандальное ”досье”, наличие которого президент США полностью отрицал, а Путин высмеял, должно якобы содержать компрометирующие материалы, касающиеся присутствия Трампа на конкурсе красоты Мисс Мира — 2013, который проходил в Москве в ноябре 2013 года. Внутриполитические оппоненты Трампа, безусловно, всюду искали хоть какой-нибудь ”материал”. В то же время, возможно российские спецслужбы, не обладая на самом деле никакими сколь-нибудь серьезными компрометирующими Трампа данными, распространили слух о ”скандальном досье на Трампа”, чтобы сразу ”поджарить на сковородке” свежеиспеченного президента США, еще сильнее рассорив его с американскими спецслужбами, а также усилив истерику и раскол между сторонниками и противниками Трампа. Чем неувереннее чувствует себя Трамп, не доверяющий разведке собственной страны, тем Кремлю проще иметь с ним дело, то есть достичь выгодных для себя договоренностей.

С другой стороны, возможно также, что у русских все же есть некий компромат, который они по понятным причинам не хотят полностью обнародовать, поскольку в противном случае уже и речи не будет идти о возможном улучшении отношений: последовал бы сильный ответный удар — у спецслужб США и других западных союзников должно быть явно больше чувствительной информации по поводу Путина и его окружения относительно серых схем присвоения и движения средств из российской казны, чем это было указывалось в открытых источниках.

Параллельно стоит напомнить, как в июне 2007 года Путин обвел вокруг пальца недавно избранного президента Франции Николя Саркози, шантажируя его на их первой двусторонней встрече на окраине немецкого Хайлигендамма, где проходил саммит Большой восьмерки. Позже пошли спекуляции относительно двух фактов: предполагаемого финансирования Муаммаром Каддафи предвыборной кампании Саркози 2007 года и того рвения, с которым во время Арабской весны в марте 2011 года французский президент призывал к свержению ливийского диктатора. Поговаривали, что Путин должен был что-то знать. Риторика Саркози, который изначально очень критично высказывался по поводу состояния демократии и прав человека в России, вдруг очень быстро стала дружественной по отношению к Кремлю: Саркози был даже готов продать России два вертолетоносца класса Мистраль и разрешить строительство нового православного собора недалеко от Эйфелевой башни (”личный проект Путина”). Все это заставляет задуматься. Может оказаться, что лестью и угрозами ”уговорить” Трампа будет не так уж и просто. Особенно, если против него невозможно найти и использовать что-нибудь серьезное. Но кто это знает.

Бог с ним, с этим ”досье”, но на этом участие российских спецслужб в истории с Трампом еще не закончено. Никто не отрицает, что в ходе президентской кампании в США Демократическая партия подверглась кибер-атакам, и что украденную информацию явно использовали выборочно, целенаправленно и точно скоординировано по времени. И делалось это для того, чтобы максимально снизить шансы Хиллари Клинтон на победу. Понятно, что Трамп не может полностью согласиться с едиными выводами спецслужб США относительно того, что кибер-атаки против Клинтон были организованы в России — в виде прямого участия ”структур” или же руками хакеров, но по их заказу. Это означало бы и признание факта косвенной ”помощи” со стороны Путина. Вместо этого Трамп утверждает, что под удар попали и серверы Республиканской партии, однако они оказались хорошо защищены. Таким образом Кремль оказал Трампу ”услугу”, пускай сомнительную с точки зрения необходимости, но все же. Точно так же, как и в истории с отказом от симметричного ответа на решение президента Обамы выслать из США 35 российских дипломатов, подозреваемых в разведывательной деятельности.

Если учитывать мотивы активной поддержки Трампа в России, предполагаемое наличие компрометирующих материалов и то, что Трамп воздерживается от критики в адрес России, говоря о ”позитивном вовлечении”, то в воздухе явно витают сомнения. И пока эти сомнения не обсуждены и убедительным образом не развеяны, они будут накладывать отпечаток не только на любые формы сотрудничества между США и Россией, — особенно по таким чувствительным вопросам, как Украина, — но и на заявления самого Трампа по поводу НАТО и Европейского союза.

И последнее. Очевидно, Трамп окажется очень противоречивым президентом, поскольку посылаемые им сигналы по-прежнему могут во многом не совпадать с той точкой зрения, которой придерживаются, например, госсекретарь или министр обороны. И если в некоторых внутригосударственных вопросах он может достичь успеха (скорее всего, в налоговой политике и сфере здравоохранения, поскольку уровень безработицы и так низкий), и некоторые его за это хвалят, то в области внешней политики он может наделать бед. Тихоокеанский договор о свободной торговле (TPP) — это первый звоночек. При его заключении участие США было необходимо, чтобы заставить Китай учитывать имеющиеся правила игры. На решение Трампа о выходе из этого договора уже отреагировала Австралия, заявив, что место США может занять Китай. То есть роли могут стать диаметрально противоположными. А мы размышляем о том, что может заявить Трамп на следующем саммите НАТО, а то и раньше.

Текст публикуется в рамках сотрудничества портала Delfi и журнала Diplomaatia.

Оригинальный текст — здесь.

Оставить комментарий
либо комментировать анонимно
Публикуя комментарий, вы соглашаетесь с правилами
Транслит
Читать комментарии Читать комментарии